— И все же… — продолжала леди Кастлмейн, едва заметно улыбнувшись, — молва не лжет: в его взглядах есть что-то магическое. Каждый хотел бы обладать таким обаянием.

Роберт не ответил. Он думал о Миледи, об ощущении ее губ на своих губах и о том, как там, в Оксфорде, она вырвалась из его объятий.

— Действительно каждый, — пробормотал он наконец.

Он еще раз поклонился, попрощался с леди Кастлмейн и ушел из дворца. Роберт был так сбит с толку, что находиться в людных местах стало невыносимо. Он большими шагами удалялся от дворца, выбирая самые пустынные, самые темные переулки. Внезапно сквозь неумолчный приглушенный шум, доносившийся со стороны Стрэнда, он услышал позади себя шлепавшие по грязи торопливые шаги. Роберт завернул за угол и затаился в нише ближайшего дома. Шаги продолжали приближаться. Как только из-за угла появилась темная фигура, Роберт выставил ногу, схватил споткнувшегося человека, и приставил кинжал к его горлу.

Из глотки незнакомца вырвался сдавленный, испуганный вопль.

Роберт нахмурился и медленно опустил нож.

— Мистер Обри? — прошептал он.

Мужчина отчаянно закивал головой.

— Господин Ловелас? — заговорил он, тяжело дыша. — Я увидел вас… когда выходил из дома… и наблюдал за вами… Ну, сэр, глупо, конечно, пускаться вдогонку за кем-то по таким опасным улицам…

— Глупо, сэр? Нет, это целиком моя вина.

Но мистер Обри отмахнулся от его извинений.

— Дело в том, сэр, что мне было любопытно… Вы понимаете?.. Хотелось спросить о книге доктора Ди… Узнать, добились ли вы успеха в переводе рукописи.

Роберт нехотя улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Это трудное дело, сэр, — сказал мистер Обри, сочувственно кивая головой, — бесспорно трудное дело. Настоящее испытание даже для самых выдающихся ученых. Я как раз размышлял об этом, когда увидел вас… Я вдруг вспомнил, что действительно есть такой ученый муж, и подумал, что вы можете пожелать с ним встретиться.

Видимо, сомнение легко читалось на лице Роберта, потому что мистер Обри стал кивать головой с еще большим жаром.

— Это самый знаменитый ученый и совершенно необычный человек, — настаивал он. — И у меня уже назначена с ним встреча завтра вечером.

Роберт неопределенно пожал плечами.

— Как его имя?