– Дакш? – позвала она, похолодев. Никто не ответил. Внутри нее страх пустил корни. Его унесло потоком? Он утонул?

Она забралась в экипаж и сняла с потолка маленькую масляную лампу. Руки Катьяни дрожали, и потребовалось целых три попытки, чтобы ее зажечь. Она выбралась наружу и обошла поляну кругом, выкрикивая имя Дакша. Паника охватывала ее все сильнее.

Когда она делала второй круг по поляне, он вышел из леса прямо к ней. Она подавила крик, чуть не выронив лампу. Живой. Ее захлестнула волна облегчения.

Его волосы упали на лицо, одежда прилипла к коже, а глаза были дикими от горя и гнева. Он схватил ее за запястье.

– Где он? – спросил юноша.

– Она забрала его, – сказала Катьяни, обретя дар речи.

– Ты позволила ему умереть, и ты позволила ей его забрать.

Его хватка усилилась.

– Неужели ты ненавидела его так сильно, что даже не оставила нам тело для сожжения?

Катьяни словно ударили под дых. Она высвободилась из его хватки.

– Я не испытывала к нему ненависти. Он был моим учителем. Ты ко мне несправедлив.

– А ты была справедлива, когда помешала мне его спасти? – выпалил он.

Я сделала то единственное, что могла сделать, чтобы тебя защитить.

– Ты бы не смог его спасти, – сказала она. – Лишь умереть вместе с ним.

– Возможно, мне следовало это сделать, – сказал он, свирепо глядя на нее.

Она проглотила застрявший в горле комок. Он скорбит, – сказала она себе. – Он на самом деле так не думает. Катьяни уставилась на пропитанную дождем землю. Она хотела утешить его, но знала, что сейчас он ее оттолкнет.