– Почему ты не можешь оставить меня в покое? – зарычал он. – Я хотел сохранить тебе жизнь, Катья. Но ты не оставляешь мне выбора.

Он развернул Ченту, и у нее свело живот. Нет, только не Ченту.

Кнут ударил ее по руке, обжигая кожу. Катьяни отшатнулась, а затем разрубила своим мечом кнут надвое. Ченту издал нечеловеческий вопль боли. Пока он падал, она ударила его снова, а затем еще раз.

Бхайрав отбросил остатки кнута и обрушил на нее сверху свой клинок. Она подняла свой меч, чтобы блокировать его, но встретилась с пустотой. Холодная, острая сталь вонзилась ей в грудь. Она застыла, ошеломленная, не в силах осознать, что произошло.

Со сосредоточенным лицом он вытащил свой меч обратно. Он потемнел от крови. Ее крови.

Она сползла по стене, прижимая руку к груди, как будто могла остановить этот поток. Но кровь просачивалось сквозь ее пальцы и выливалась наружу, забирая с собой ее жизненную силу.

Глава 24

Глава 24

Она рухнула на пол, на подстилку из грязи, костей и остатков мертвых насекомых. В гробовой тишине единственными звуками были равномерные удары капель крови о каменный пол.

Ногу Катьяни кольнуло, и, дернувшись, она ударилась обо что-то твердое. Это движение подняло новую волну боли.

Над ней качался зеленый свет – рассеянное свечение с серебристой сердцевиной. Призрак? Как Бхайраву удалось его поймать?

– Тебе больно?

Бхайрав склонился над ней, и в зеленом свете его лицо казалось еще более жутким.

– Должен ли я избавить тебя от страданий?

Она собрала все свои слабеющие силы.

– Ты был моим братом, – сказала она, но голос прозвучал странно и отстраненно. – Я доверяла тебе.

– Бездумное доверие для того и создано, чтобы его растоптали.