* * *
После ночи, проведённой совместно с отцом Моисеем в молитвенном бдении, спать отцу Меркурию хотелось зверски, однако поездку в Михайлов Городок ни отменить, ни перенести было невозможно. Пришлось духу снова превозмогать плоть. Нет, сначала отставной хилиарх собрался было малодушно продрыхнуть в санях всю дорогу, но разговор, который завели десятник Егор и Бурей, отшиб сон начисто.
– С чем к Михайле едешь, Серафим? – десятник решил не ходить вокруг да около.
– С предложением. – Бурей шумно почесался. – Сооооотника голоштанного уважить. Как он в сотники-то залетел, а, Егорка?
– Соколом, – усмехнулся Егор. – Я вчера рассказывал как, ты чего, не слушал?
– Слушал, – обозный старшина повозился, устраиваясь поудобнее. – Красно ты баял. Я твоим рассказам поверил даже. Почти. Оттого и еду. Надо дать княжей игрушке, пока она князеньке не надоела, мордой в говно не упасть, а то как бы князенька не обиделся, что его сотника круглозадого да благообразного попортили слегка.
– И не от себя ведь едешь, – констатировал десятник.
– А тебе, Егорка, что за беда? – хмыкнул Бурей. – От кого хочу, от того и еду.
– А тебе-то с того какая корысть? – вдруг подал голос сопровождавший Егора ратник Пётр.
В ответ Бурей с шумом пустил ветры.
– Гыыы, первый раз с жопой разговариваю – и всё понятно! – залился идиотским смехом Пётр.