Однако первый писк стал и последним – Бурей закрыл своей лапищей всю Сучкову морду со свистулькой вместе. Так что вступили во двор без музыки, но торжественно, правда, слегка покачиваясь.

– Здрав будь, боярин-воевода, – Нинея, она же боярыня Гредислава, она же Великая Волхва Велеса, она же интимная подруга двух княгинь и одной бывшей княгини, а ныне игуменьи с широкими замыслами и по совместительству Порфирородной, с поклоном встретила воеводу Погорынского и ратнинскую элиту, как того и требовал этикет, посреди двора. – И вам здравствовать, бояре и честные мужи. Честь и радость для меня видеть тебя, воевода Корней, и сотоварищей твоих жданно и нежданно.

«Так вот ты какая, колдунья из отчёта моего предшественника… Ну, про колдовство это к неграмотным старухам – не бывает его. А вот с Силами ты можешь знаться… В книгах пишут, что были и у язычников общества Мудрых, глубоко познавших основы и законы мира сего. Впрочем, можешь и не знаться, а просто хорошо владеть ремеслом мима – дурить головы простецам хватит и этого. И неважно, сколько книг прочёл тот простец…

Но вот что точно, так это чувствуется в тебе Кровь. Древняя, властная… Наверное, такой была бы Медея, если бы дожила до твоих лет. Ты опасна, архонтесса… И умна! Но сейчас тебе хочется узнать, зачем мы припёрлись, немного развлечься и спровадить нас восвояси. Оно и правильно – хоть Кирилл и твой эпарх, но это не даёт ему права вламываться к тебе пьяным, как в портовый лупанар, и на твоём месте я бы справедливо опасался за целостность своих кладовых и винных погребов. Так что сейчас раб божий Кирилл будет вежливо высечен и выставлен вон. Со всем надлежащим уважением, разумеется.