Придётся избавлять их от заблуждений мягко и начиная с мелочей, ибо впали они в грех невольно и по неведению. А мелочи для этого всегда найдутся. Вроде того названия, что дали они своей придумке. Додуматься надо – «воздушный змей»! Аспид ядовитый, летящий в изначально чистой стихии! Тьфу! Пришлось исправлять и велеть называть херувимом. А заодно рассказать об Элохим, Серафим и Херувим. И о падении и о восстании того, кто стал отцом лжи, и о первом потопе… Даже нарисовать херувима на херувиме. Иконописец из тебя, Макарий, так себе, да…

Но вот тут я доверие отроков и отроковиц завоевать смог. Ещё бы понять чем… Да, и отроковиц тоже. Вокруг Тимофея уже сложилась занятная корпорация: от увечных роариев моего поднадзорного до его младшей и самой любимой сестры Евлампии. И вот с этим пёстрым обществом мы обсуждали тайны света Горнего, света Фаворского! Рассказал бы кто – не поверил бы, но было именно так.

И вот что выяснилось: если юной патрикии Евлампии, увечным роариям, да всем, кроме Тимофея и Славко, легче представить, со скидкой на возраст и знания, конечно, свет Горний и его божественную природу, заболотные разбираются в свойствах тварного света, как ни стыдно признаться, лучше тебя, Макарий, то, когда речь заходит о нетварном свете, они слепы, почти как кроты. Отроки пытаются измерить, взвесить и вообще понять его через число, а Горний свет надо чувствовать! Душой! Смотреть внутренним взором, а этого взора у них почти и нет. Слава тебе, Создатель, что только почти – Божья искра в душах их не угасла. Так дай, Господи, мне силы пробудить в них зрение души!