— Ауч…
— Не смешно, — зловеще прошипела Сандра, смотря прямиком в его глаза.
Шейн усмехнулся. Было все-таки в этой девушке что-то такое, из-за чего она отличалась от остальных. Конечно, ее характер все еще оставлял желать лучшего, но все-таки она не относилась к той категории женщин, для которых издевательства над другими были единственной целью в жизни.
— Так что ты говорила? — с усмешкой спрашивал Шейн. — Принцесса заставила тебя задуматься о чем-то?
— Фактически о самоубийстве.
Наступила тишина. Этот уверенный и весьма серьезный ответ вызвал легкий шок. Пытаясь убедиться в чем-то, Шейн посмотрел на лицо Сандры внимательнее, и заметил на нем странную тень.
— А что? — совершенно легко и спокойно продолжала девушка. — Если не буду выполнять поручения матушки, она самостоятельно избавится от меня. Даже сейчас стоит мне вернуться и сказать, что я ни в чем не преуспела, как меня ждет наказание, сопоставимое с пытками каких-нибудь рабов. Если же буду выполнять поручения, тогда и дальше продолжу пресмыкаться и унижаться. Принцесса раскрыла мне правду, и после этого я поняла, что нахожусь просто в безвыходном положении.
Рассказывая все это, Сандра не вольно бросила взгляд на Шейна, и заметила то, каким хмурым он стал. В его глазах не было ни жалости, ни сочувствия. Скорее недовольство и осуждение.
— Что? — удивленно переспросила девушка.
— Не таким человеком я тебя представлял.
— Ты и сейчас меня не знаешь, так что не надумывай многого.
— Выход есть, даже если сейчас ты его не видишь.
— Побег?
— Как вариант.
Сандра выдохнула. Плавно поднявшись с места, она намеренно отступила и развернулась лицом к собеседнику.
— Нет, спасибо. Даже если как-то удастся это сделать, меня быстро найдут, а когда все раскроется, уничтожат самым ужасным образом.
Разговоры о самоубийстве сами по себе невольно вызывали у Шейна злость. Конечно, не так давно и он поднимал эту тему, однако после слов Латиши подобный «выход» из ситуации стал для него неприемлем.
Напряженно нахмурившись, парень спросил:
— Почему ты так думаешь?
Сандра спокойно приподняла ладонь. Закатав рукав своей длинной кофты, она быстро потянулась к черной перчатке, что скрывала ее руку, и стянула ее с себя. Как только ткань раскрыла светлую кожу рук, Шейн заметил на ладони множество шрамов и мозолей, не то от тренировок, не то от пыток, а также большую магическую метку с изображением солнца.