– Покажете? Потом.
Покажу. Куда я денусь. Главное, чтобы обошлось все. И вовсе я не мстительная и понимаю, что нельзя человека судить по тем глупостям, которые он творил в детстве. Я и сама не была образцом для подражания. Помнится, как-то насыпала Зои в сумку драконьего дерьма. Сухого. Сухое, оно почти не пахнет, зато крошится отлично. А стоит добавить пару капель влаги – и мигом начинает ароматить. И главное, запах этот после не вывести…
За это Зои с подружками макнули меня головой в нужник.
В общем, хреновое у меня было детство, чего уж тут. Зато нескучное.
– Покажу, – почему-то показалось, что она заглянула в это вот воспоминание.
Или в другое?
В то, где задний двор и нож в руке Томаса. Где я подбираю камень и с яростью впечатываю в его лицо.
– А Эшби где? – шериф первым поднялся на ступени.
– Уехал. Куда – не знаю. Когда вернется, тоже не знаю.
И знать не обязана, как и вообще впускать их в дом. Но впущу. И буду любезна, потому что я не хочу, чтобы Томас умер.
Или чтобы стал как Зои.
И не знаю, что из этого хуже. Почему-то мне кажется, он предпочел бы умереть, но выбора у него особо нет. Он лежит, уже укрытый пледом – я сходила в гостевую комнату, потому как плед – единственное, что я могу ему дать.
Он дышит. А кровь больше не течет из уха. И из глаз тоже.
Первым вошел тот огромный мужчина, который, несмотря на размеры, двигался легко. Как дракон. Пожалуй, и вправду похож.
– Не стоит его опасаться, – Милдред взяла меня за руку, и я удивилась тому, насколько ледяные у нее пальцы. Впору поверить, что она и вправду из снега слеплена. Но нет, у снежных людей сердце не бьется. – Лука лишь выглядит подавляюще, а на самом деле он очень добрый и чуткий.
Чуткий?
Он услышал. Обернулся и хмыкнул, как мне показалось, обиженно. Мужчины не любят, когда их называют чуткими.
– А это Майкл, наш маг… Вы не маг?
– Нет.
– Неправда, – Майкл схватил меня за руку и дернул ее вверх, нажал, заставляя раскрыть ладонь. Поднес ее к носу и вдохнул. – Дар есть, но слабый. И нестандартный. Впрочем, чего еще ждать от айоха.