— Разумеется, ты прав. Сколько тебе лет?

Гаор вздрогнул, сообразив, что спрашивают уже его, и ответил хриплым от напряжения голосом.

— Тридцать один год, господин.

Мягкая ладонь не так ударила, как погладила его по щеке. Лицо Гаора невольно дёрнулось гримасой отвращения. Глаза Орната сразу стали злыми, но голос обрёл ещё большую сладость.

— Ты принадлежишь роду Ардинайлов, раб, каждый из нас тебе хозяин. Ты понял?

— Да, хозяин, — обречённо ответил Гаор, понимая, что вот теперь и начинается самое страшное.

— Умница, — проворковал Орнат.

— Не смей! — взвизгнул Фрегор. — Я купил его на свои! Он мой!

И вдруг одним почти прыжком вывернулся из-за стола и встал между Гаором и Орнатом. Такой прыти, похоже, никто не ожидал, и наступило растерянное молчание.

— Рыжий! — хлёсткая пощечина обожгла щеку Гаора. — Твой хозяин я! Только я! Всех! Любого! Называй! Только! Господином!

Каждый выкрик сопровождался ударом, один из них разбил ему нос, и Гаор почувствовал, как губы заливает горячая густая кровь. Сволочи, пока они свою субординацию выяснят, он кровью обольётся.

— Фрегор! Аггел тебя побери! Не смей! — Орнат ещё пытался говорить спокойно, но на последних словах завизжал, как истинный Ардинайл. — Сегодня мой день! Сегодня всё моё!

— Я хотел на свой день выпороть твоего ублюдка! — заорал Фрегор, мгновенно разворачиваясь лицом к Орнату так, что Гаор оказался за его левым плечом. — Ты не дал, сказал, что он лично твой! А ты его не покупал! Ты дармоед, паразит! Рыжий мой и всегда мой! И я его сам убью! Когда захочу и как захочу! По своей воле!

— Фрегор! — укоризненно, но с плохо скрытой радостью вмешался Фордангайр. — Как ты разговариваешь со старшим?! Где твоя, — он не удержался и хихикнул, — хвалёная субординация? Немедленно извинись перед дядей!

— А ты заткнись! — бешено завизжал Фрегор. — У меня и для тебя кое-что припасено!

— Не смей! — взвизгнул Фордангайр. — Я наследник! Я старший!

— Наследника назначаю я, — раздался вдруг тихий, но заставивший спорщиков замолчать и застыть голос Орвантера. — Спорить из-за раба глупо. Угрожать вслух ещё глупее.

Он замолчал, и остальные стояли молча, с явным почтением и даже, как удивлённо понял Гаор, страхом ожидая продолжения. Но Орвантер медлил, разглядывая стол, заваленный дорогими безделушками, портсигарами, бритвенными, курительными и письменными наборами.

Гаор незаметно перевёл дыхание и приготовился к следующей схватке. Эту он, вернее, его отбили. Пока Фрегор на его стороне, а на его слова, что он своего раба убьёт, как хочет и когда хочет, можно накласть. Пока. Кровь остановилась и теперь засыхала на усах и губе, неприятно стягивая кожу. Скосив глаза, он убедился, что рубашка не закапана, а пару пятен на куртке он ототрёт запросто.