— Кто?! — выкрикнул он.

И тут же его окружили, зажав плотным кольцом, повскакавшие с кроватей мужчины, схватили за плечи и руки, заведя их ему за спину. И в несколько голосов, не перебивая, а дополняя друг друга, простыми и ясными словами ему рассказали, как забавляли Второго Старого, показывая тому насилие.

— Любит он это.

— Сам бессильный, так другие насилуют, а он смотрит.

— Мальцы надоели ему.

— Пригляделся.

— Из третьей спальни взяли.

— Кто посветлее и поменьше.

— И Снежку.

— Из питомника ещё привезли.

— Совсем малявок.

— Только-только проклеймили.

— Ни одна не выжила.

Гаор слушал, не пытаясь вырваться, но его продолжали держать.

— Кто? — повторил он, когда рассказывавшие замолчали.

— Отбирал или насиловал? — спросил Старший.

У Гаора дёргалась, собираясь складкой, верхняя губа, глаза стали жёлтыми, но говорил он спокойно.

— Кто придумал и кто отбирал, я знаю. Насиловал кто?

Стоявшие вокруг переглянулись. «Не хотят говорить?» — насторожился Гаор. Покрывают? Кого?

— Эти, пятеро, — нехотя сказал Старший. — Их старший тебя тогда от собак к врачу увёл.