Первым делом Ярослав подошел к ней. Его глаза были готовы выскочить из орбит от возбуждения. Похоже, он и сам не ожидал такого поворота событий. Приложив руки к ее голове, Ярик прикрыл глаза. Его ладони воссияли золотым светом. Боли оставили Машу, дурнота отступила. Струйка крови высохла и растворилась в воздухе. Она потрясла головой, пытаясь привести мысли в порядок, а юноша тем временем подбежал к старику.

Схватив один из кинжалов Маши, лежавший неподалеку, он ковырялся в замке уз, сковавших тому руки. Наконец, раздался щелчок, и юноша в спешке отбросил цепи прочь.

– Держись, Яромир, – шептал он себе под нос.

Воздев руки над телом старца, Ярослав снова прикрыл глаза. Но ничего не происходило. Зажмурившись, он напрягся так, что по лбу побежали капли пота, и, в конце концов, его ладони вновь вспыхнули золотым светом. Юноша облек старика в сияющий кокон, и устало откинулся на спину, истратив все силы, что у него были.

Сначала ничего не произошло. Маша заинтересованно подошла поближе, рассматривая это завораживающее представление. Свет начал пульсировать, словно в ритм биения сердца, то ускоряясь, то замедляя свой ход. Вслед за этим, огонь погас, впитавшись в тело старика. Рука и обожженная голова чудесным образом начали заживать. Гнилое смердение тотчас исчезло, почерневшие раны затянулись свежей молодой кожей. Впоследствии, место ожога на запястье так и не вернулось к своему прежнему облику, оставшись похожим на обтянутую кожаным покровом кость.

– Яромир! – обрадовано воскликнул Ярик, когда тот закряхтел и начал шевелиться.

– О, Лем, всемогущий, – слабо пробубнил он, перевернувшись на спину, – мальчик мой, у тебя не осталось чего-нибудь пожевать?

– Старый дуралей! – расхохотался юноша. – Давай поднимайся, нам нужно спешить!

– А это кто еще? – удивился Яромир, увидев улыбающуюся ему девушку.

– Это моя Маня, Яромир! Представляешь! Она жива!

– Весьма приятно познакомиться, сударыня! – прохрипел старик.

Ярослав расплылся в улыбке, повернувшись к своей подруге. Из его покрасневших глаз были готовы хлынуть слезы облегчения.

– Давайте убираться отсюда! – встрепенулась Маша. – У нас мало времени!

Ярик помог старику подняться на ноги, и они поспешили за девушкой по хитросплетениям улиц, петлявших меж полуразрушенных и прогоревших изб. Яромиру такая спешка давалась нелегко, но он не жаловался. Лишь расстроено бурчал себе под нос, смотря на разрушения, которые достались на долю родного пристанища.

Улицы застилали кучи мусора и дерьма, оставшиеся после Орды, что обитала здесь много лет. Город стал похож на огромную выгребную яму, превратившись в нее из гордого пограничного острога, славившегося своим уникальным монастырем и святынями.