Маша сорвала с себя куртку, бросив ее в темноту, и отогнула верх рубахи, демонстрируя шрамы, узоры которых объяли все плечи и уходили под одежды к груди.

– Видишь! – продолжала она. – Я стала рабыней! Меня истязали и пытали! Хотели узнать об этом проклятом идоле, что был у твоего отца! Меня хотели отдать на растерзание солдатне, сделать из меня лагерную шлюху! И что мне оставалось делать? Скажи мне!

Ярослав сидел, проглотив язык. Он не подумал о том, через что ей пришлось пройти. Все эти годы он был занят тем, что жалел себя за нелегкую судьбу и представлял, как однажды явится, чтобы спасти свою подругу из плена. Но вышло все иначе.

– И я приняла решение, Ярик! – не унималась Маша. – Я тоже потеряла все, как и ты, но мне дали выбор! Сгинуть среди рабов или стать воином! И я выбрала второе. Я поклялась отомстить им всем! За нашу деревню, за всех убитых в тот день, и…и за тебя!

Ее голос сорвался, по щекам покатились капли слез. Боян подскочил и подбежал к ней, желая обнять и утешить. Но Маша грубо пихнула его прочь от себя:

– Да отвяжись ты!

Отвернувшись, она убежала в сторону озера. Вслед за ней, поскуливая, с места сорвался Вьюнок, оставляя за собой среди травы медвежью тропу. Над костром повисла неловкая пауза. Но Боян решил ее развеять в своей манере:

– Уж не знаю, кто ты такой, раз позволяешь себе подобное, но полюбуйся, до чего ты довел Машеньку! Как можно было так отнестись к тому, кто спас твою никчемную жизнь!

– А кто ты такой, Пекло тебя побери? – сжав кулаки, встал на ноги Ярик.

– Ну все! – раздался вдруг громкий бас Яромира, мирно лежавшего до этого с другой стороны костра. – Боян, присядь, будь так любезен. А ты, мальчик мой, – посмотрел он на Ярослава, – ступай, найди Машу и извинись.

– Я и сам собирался! – бросил через плечо обозленный перепалкой Ярик, уходя прочь от лагеря.

Черныш, поджав уши, проводил его испуганным взглядом и шепнул Яромиру:

– С нашим пареньком всегда было непросто…

– Батюшки, Черныш, – взмолился старик, – хоть ты не лезь в это, и без того тошно. Между этими двумя все непросто. Сами разберутся, – и с надеждой добавил, – вот увидишь.

Насупившийся Боян яростно откусил кусок копченой колбасы, слушая их разговор.

Он нашел Машу у озера. Девушка сидела на берегу, поглаживая по носу развалившегося рядом Вьюнка. Волк бил по мокрой траве хвостом, стараясь утешить свою новую подругу.

Нерешительно помявшись, Ярослав медленно подошел к ним и аккуратно уселся рядом с девушкой, стараясь не нарушать ночную тишину. Она больше не плакала. Лишь тяжело вздохнула, не отрывая взгляда от водной глади. Повисшее молчание нарушали только стрекот сверчков да глухое уханье совы, притаившейся среди крон березовой рощи. Лежавшие неподалеку лошади тихо сопели, наслаждаясь наступившим покоем.