Маша предпочитала проводить как можно больше времени с Яриком, избегая Бояна. Она понимала, что вечно избегать разговора с ним не выйдет. Он, без сомнений, воспылал к ней чувством, и она корила себя за то, что позволяла ему так много в прошлом. Но лишаться общества вновь обретенного друга, в угоду желаниям Бояна, она не желала.

Отвлекаться на такой вздор, когда целый мир в шаге от краха, ей казалось бессмысленным и глупым. Уж лучше и дальше избегать его. Рано или поздно он должен будет смириться. Она была безмерно благодарна Бояну за те помощь и поддержку, что он не раз оказывал за время их странствий. Но глубоко в душе, она жалела, что вообще предложила тогда взять его с собой в путь. И, кажется, словно прочитав ее мысли, он тоже начинал понимать это.

Убывающая луна

Убывающая луна

Час сменялся часом, день проходил за днем. Путь вел их через заливные луга и незасеянные брошенные поля. На отдых останавливались лишь поздней ночью и отправлялись в путь еще до того, как утреннее солнце набирало полную силу. Сердце подсказывало Маше, что у них есть шанс обогнать Посланника и его воинов. Но для этого пришлось выбрать отчаянный маршрут, рискнув перебраться через реку Смородину в опасной близости от захваченных Ордой поселений.

Пересекая на исходе первой недели странствия тракт к северу от Кисельска, к своему удивлению, они не наткнулись на признаки вражеского присутствия. Судя по всему, все силы Орды и вправду были отправлены на осаду столицы Родии. Им встретились лишь остатки лагерей, пепелище от сожженных мертвецов, вытоптанная дорога, да брошенные рваные стяги злополучного воинства.

Маша переживала, что серьезным препятствием станет река. Ближайшие безопасные переправы, что она знала, находились в нескольких днях пути, а те, что были совсем рядом, наверняка заняты дикарями. Но Яромир успокоил ее, заверив, что справится с таким пустяком. Девушке оставалось лишь поверить ему на слово, не представляя, как он сможет переправить их на тот берег.

Утром седьмого дня, таким же холодным, как и предыдущие, обогнув по кромке густой лес, они достигли берега, заросшего вербой и высоким тростником, заслонявшим водную гладь. В гуще растительности щебетал целый рой птиц, возмущенных вторжением неизвестных пришельцев. Но ни одна из них так и не решилась показаться на глаза.

Расчистив себе место для обзора, и оценив ширину раскинувшейся перед ними реки, Яромир встал в привычную позу задумчивого истукана. Пробормотав себе под нос известные одному ему формулы, он принялся рисовать руками в воздухе причудливые символы. Старик призывал себе в помощь корни трав и деревьев, желая создать мост через бурные воды.