И хотя никакого ветра не было в помине, казалось, что транспарант колышется на ветру.

Люинь возвратилась к друзьям, и они все вместе, хором, поздравили Рейни с днем рождения. Кто-то из них придумал, что раз уж Рейни некуда вывезти так много вещей, то нужно перевезти его скульптуры и инструменты сюда, чтобы он смог продолжать заниматься своим излюбленным ремеслом. Двое юношей с повязками на голове танцевали со скульптурными инструментами в руках, а еще один жестикулировал, стоя перед львом и другими изваяниями. Он походил на генерала, ведущего войско в поход. Все радостно смеялись и ликовали под лучами яркого солнца.

Рейни растерялся и не знал, что сказать. У него просто не было слов, чтобы выразить свои чувства. Много лет никто его так тепло не поздравлял.

К нему прикоснулась сила жизни, которую он не ощущал очень давно.

* * *

Рейни родился в седьмом году по марсианскому календарю. Это был год разделений. Теперь ему было тридцать три, и всякий раз, когда он оглядывался на раскол, случившийся тридцать три года назад, то ощущал сожаление и печаль. Он знал, что Гансу Слоуну за время карьеры продолжительностью в несколько десятков лет не раз приходилось делать выбор, но тот выбор, который ему пришлось совершить в седьмом году, во время раскола, стал для него самым сложным.

Марс не всегда представлял собой кристаллизованный мир. Основатели республики избрали основой центральный архив, не остановившись ни на какой специфической социальной структуре. Обуреваемые идеалистическим пылом, они рисовали себе совершенно свободный мир, в котором каждый имел право заниматься наукой, делать открытия, мог свободно делиться своими открытиями в центральном архиве, свободно пользоваться творениями других людей и получать субсидии. Однако в седьмом году после основания республики установленный порядок подтолкнул отцов-основателей к другой крайности, и это привело к созданию структуры, которая приветствовала приоритет стабильности, регулярности и эффективности.

Обычно, в случае оптимизации какой-либо машины и улучшения ее конструкции, термальное движение внутри системы становится большим источником шума и пустой траты энергии. То же самое происходит с обществом. Мир, в котором все свободны поступать так, как пожелают, в теории выглядит просто чудесно, но на практике это приводит к разбазариванию огромной доли ресурсов. И вот, в том самом году система кристаллизовалась в создании Марс-Сити, и всякие хаотичные движения, вызываемые свободой, были сведены к минимуму. Друг на друга начали накладываться слои надзора. Департаменты и административные органы связывались между собой в цепочки. Система перестраивалась и реформировалась. Иными словами, она бюрократизировалась.