– У Пьера множество творений, – сказал Руди Джиэль и, обернувшись, бросил взгляд на Пьера.

– Это точно, – со смехом кивнула Джиэль. – В школе он всегда был самым лучшим учеником. Помню, как он мгновенно решал задачки по математике, на которых все остальные спотыкались. Невероятно!

Руди кивнул и небрежно бросил:

– У нас новый план. Отражающая пленка Пьера играет в нем большую роль.

– Что за отражающая пленка?

– Она вроде зеркала, но очень тонкая и легкая. Ее можно изготавливать большого размера. К тому же она гибкая, поэтому из нее можно делать гнутые конструкции. И если мы разместим такую пленку в космосе, она будет отражать солнечный свет туда, куда мы захотим.

– О, – проговорила Джиэль, но было непонятно, поняла она что-то или нет.

– Не стоит недооценивать этот материал, – сказал Руди и снова глянул на Пьера. Его голос звучал спокойно и заинтересованно. – Он играет ключевую роль. Если его правильно разместить, мы сможем сделать воду в озере теплой. Ночью мы сможем использовать эту пленку, чтобы доставлять солнечный свет с другой стороны планеты. Так мы добьемся того, чтобы вода в озере не замерзала. А днем мы сумеем применять пленку, чтобы фокусировать тепло на отдельных регионах и создавать разницу температур.

– И тогда что? – сосредоточенно сдвинув брови, спросила Джиэль.

Руди улыбнулся ей:

– Тогда мы получим проточную воду, облака, дождь и леса.

– Всё, как на модели?

– Да. И у нас будет город в горах. Тебе это нравится?

Джиэль энергично кивнула:

– Конечно. Я была просто в восторге, когда вчера смотрела на работу модели.

Пьер молчал и не спускал глаз с Джиэль.

Она вела себя как обычно – оживленно, энергично. Все эмоции были написаны у нее на лице, а смеялась она, запрокинув голову, как ребенок. Пьер любил смотреть на нее, когда она была такой. Он с головой погружался во всё, что бы она ни говорила, а она не обращала внимания на то, что ее окружало. Джиэль вскрикивала, когда ей в голову приходила интересная мысль, и ей было всё равно, как звучит ее голос. Замечая, как она смотрит на Руди, Пьер страдал не на шутку. Эти взгляды отзывались в его сердце пронзительной болью. Он думал о том, что, по идее, должен был бы сердиться, но почему-то в отчаянии для него было что-то привлекательное, и он тонул в этом настроении, не сопротивляясь.

Ему было жаль, что он такой безвольный человек. Мысленно вздохнув, он прервал Руди:

– Я пробовал разное, но уверенности нет. Как я тебе на днях говорил, тот размер пленки, о котором ты меня просишь, слишком велик.

Руди посмотрел на Пьера, не меняя выражения лица.