Это было сказано зря — в глазах Уилла вновь появился знакомый ему блеск.

— Вот видите! Они живы, я знал это! Знал, мистер Лайвстоун!

— Не кричите вы, черт бы вас побрал! — он и сам невольно повысил голос, — Здесь нет и не может быть никого из числа тех, кого вы намереваетесь найти!

Опять этот чертов блеск. Отблеск пламени, горящего в чужой душе, душе странно устроенной, беспокойной, вздорной и самоуверенной. Кажется, когда-то он видел такой же блеск в отражении зеркала. Еще в те времена, когда никто не звал его Тигром. Когда его звали другим именем, тем, что он почти забыл, но которое хранилось в выдвижном ящике шкафа воспоминаний, пересыпанное сухим флердоранжем, как давно не надеваемый костюм.

— Они проиграли битву, но они не смирились. Так ведь, мистер Лайвстоун? Именно поэтому вы не хотели вести меня сюда. Вы знали, что стоит мне их увидеть, как пропадет весь эффект от вашей истории, эффект, который вы так долго выстраивали, силясь вселить в меня ужас перед Его коварством. Эти люди не погибли, вы сами это признали. Да, им не суждено было добиться своего, но они совершили то, что было немыслимо для Бангорского Тигра, первобытного хищника, погрязшего в своей вечной охоте на улицах Нового Бангора.

Лэйд не позволил злости вырваться наружу. В этот раз — нет. Кроме того, царящий в «Ржавой Шпоре» запах, так до конца и не распознанный им, требовал сохранять ясный ум и спокойствие. Где-то он уже чувствовал этот запах. Не совсем этот, иной, но родственный ему…

Сотканная из этого запаха тревожность вкупе с мертвым, присыпанным пылью и украшенным человеческими зубами интерьером действовали на нервную систему раздражающе. Лэйд ощутил желание поднять револьвер и выстрелить, невзирая ни на что, просто чтобы разогнать эту удушливую тишину. Сердце ерзало на своем месте, точно пытаясь найти удобное положение и не находя его.

— Эти люди жестоко заплатили за свою самоуверенную попытку превзойти Его, — холодно произнес он, — Я знаю, о чем говорю.

— Они проиграли битву, но не смирились. И они приходят сюда — время от времени. Как старые воины приходят на место проигранной много лет назад битвы, чтобы окинуть ее взглядом, вспоминая события многолетней давности, павших товарищей и пролитую там кровь…

— Стойте!

Он знал, что Уилл не послушает. Видел по блеску в его глазах. Этому проклятому блеску, который заставляет людей совершать необдуманные поступки, виденному им множество раз. Блеску, противостоять которому не могут даже самые выверенные доводы и слова.

— Наверх! — Уилл бросился к лестнице, опережая его, — Если они были здесь, мы найдем следы. Может, даже больше. Что-то, что они оставили, надеясь связаться друг с другом или с Доктором Генри. Записки, подсказки, условные знаки…