— А где Ванда? — спросил я.

— Ванда на кухне, милый, помогает носить еду, — ответила панова Мандельштам и показала мне, и я увидел Ванду. Только она-то не Ванду искала. Она глядела на невесту и старалась улыбаться, но улыбка то и дело гасла.

Тут все разом захлопали в ладоши, и в комнату вошли мужчины во главе с женихом. Все повскакивали и давай раздвигать стулья к стенам, а женщины подвинули свой хоровод, чтобы мужчины тоже поместились. Один мужчина взял пустой стул и поставил в середину мужского хоровода, и на него сел жених. Женщина взяла другой пустой стул и поставила в середину женского хоровода — на него села невеста. Мне интересно было, что случится дальше, но ничего не случилось. Все вдруг застыли как вкопанные. Потому что раздался стук в дверь.

В комнате все шумели. Пели, и смеялись, и разговаривали, чуть ли не крича: ведь будешь тихо говорить — никто тебя не услышит. Да еще и музыка играла. Но стук в дверь оказался громче. Он прозвучал так громко, так властно, что восковые пробки выскочили у меня из ушей и свалились на пол. Но теперь я мог обойтись и без них: в доме больше никто не шумел. Никто не разговаривал, и музыка стихла.

В той стене, что выходила на двор, были большие двери. Оттуда-то и доносился стук. Неведомый гость подождал немного и постучал еще. От этого стука весь дом так и затрясся — совсем как от музыки. Стук отдавался во всем. У меня в руках и ногах он тоже отдавался, и мне стало страшно.

И вдруг панова Мандельштам вскочила и кинулась к двери, расталкивая всех, и панов Мандельштам тоже побежал туда из мужского хоровода, и они оба вцепились в дверные ручки и распахнули двери. Мне хотелось спрятать куда-нибудь лицо, но тогда я навоображаю себе чего-нибудь почище того, что стоит за дверью.

Но нет, ничего почище быть не может. Потому что за дверью был Зимояр.

Сергей с Вандой стояли рядом. Они, верно, подошли, когда раздался этот стук, и мы были все вместе. Сергей положил руку на спинку моего стула. Он такой высокий, что все видит поверх голов. Я слышал, как он глубоко вдохнул. Значит, и ему страшно. Мне тоже страшно. Всем страшно.

Ведь там стоял Зимояр. Вернее, два Зимояра, оба в коронах: король и королева. Они держались за руки. Король был высокий, как Сергей. Королева невысокая, но зато корона у нее была такая громадная, что почти равняла ее ростом с королем. Золотая корона, а платье белое с золотом. Зимояры встали на пороге, и никто шевельнуться не мог.

Из толпы гостей вышел человек. Совсем старик, седовласый, с седой бородой. Он встал перед Зимояром и говорит: