Алая Джен была сделана из другого теста. Похоже, она считала, что Джаспер принадлежит и всегда принадлежал только ей, и не собиралась его покидать, предпочитая умереть вместе с другими горожанами. Считаю, что это достойно уважения.

Я прочитал в документах линейных о том, как она властвовала в «Парящем мире» шестьдесят, семьдесят или больше лет, накапливая секреты, строя планы, шантажируя, как и все агенты Стволов. Сидевший в ней демон дал ей долгую жизнь и сделал ее прекрасной, но и опасной тоже. Алая Джен остригла волосы, надела штаны, снятые с мертвого работника детективного агентства Бакстера, и оставалась на свободе дней десять, хотя город был переполнен линейными. В отличие от Джима Дарка, у Алой Джен не было своры головорезов, она не произносила речей, не позировала фотографам и не болтала с газетчиками. Она не выдвигала требований, не оправдывалась и не заявляла, что правда на ее стороне, – просто убивала.

Мистер Лайм повесил на стене Большого кабинета карту, на которой было отмечено место, где Алая Джен застрелила с крыши линейного, и другое, где она разделалась с целым отрядом солдат. Она ухитрилась пробить броню танка, и несмотря на то, что удачливый рядовой прострелил ей ногу, сбежала, истекая кровью и с проклятиями требуя у своего демона, чтобы тот ее излечил. По точкам, определявшим маршрут Алой Джен в городе, можно было понять, что она пробиралась к башне мистера Бакстера.

Мистер Лайм изучил карту, сложив руки за спиной:

– Ей нужны вы, мистер Рэнсом.

– Похоже на то, мистер Лайм, – согласился я. – Я польщен.

– Что ж, поздновато для этого, не думаете? Хозяева Алой Джен проиграли. Вы теперь с нами.

Несколько дней я сидел в Большом кабинете и ждал, наблюдая, как мистер Лайм отмечает на карте новые прегрешения Алой Джен. С каждым днем она подступала к башне все ближе. Признаюсь, что болел за эту храбрую особу, надеясь, что она доберется до цели.

Не добралась!

– Отличная работа, – сказал мистер Лайм. Он ткнул в последнюю отметку на карте большим пальцем, затем отошел и полюбовался результатом. – Просто отличная.

* * *

Джесс выжила после облавы на «Парящий мир», хотя я узнал об этом лишь через несколько месяцев, после падения Джаспера. Баррикады уже были разобраны. Все называли случившееся Битвой за Джаспер, но на языке новой администрации она называлась «недавнее ЧП». Как бы то ни было, все было кончено. Я так привык к своей новой работе, что уже не вздрагивал, когда какой-нибудь линейный называл меня «сэр», и по целым дням не думал о побеге или самоубийстве. По утрам я сидел за столом старика – моим столом – и отвечал на письма. Иногда мне уже не требовались указания стоявшего за плечом линейного офицера.