— Что это означает? Вы «фоните»?

— Не в радиоактивном плане. Это означает, что если обычный человек…. — на этом месте он сделал паузу, видимо, формулируя фразу иначе. — Будем использовать доступные слова и термины: если женщина попробует меня коснуться, то ее нервная система впадет в шок. Чем слабее человек, тем хуже последствия. Я могу контролировать свой фон, как делал тогда, когда лечил твоего кота, но в остальных случаях он несоизмеримо выше принятой людьми нормы.

«Реактор. Это не здание реактор, а каждый человек, находящийся в нем».

Какое-то время я молчала, огорошенная услышанным.

Что же это значит — Дрейка не коснуться? Будет что-то похожее на электрический удар? Так что же…. Никаких отношений с женщинами?

— Среди вас ведь были женщины? Раньше, когда-то…. ведь были?

— Были. Давно. Но по какой-то причине они уступали мужчинам в физическом развитии и постепенно вымерли. Не знаю, даже я не смогу дать тебе ответа…. Я не шовинист, и мне жаль. Но теперь есть то, что есть — только мы.

— А как же новые люди? Вы ведь не гермафродиты?

(Мама, и только не это!)

Сухая усмешка.

— Нет. К тому времени, как это случилось, мы научились создавать новых людей.

— Клонировать?

— Нет. Создавать. Индивидуальных, уникальных людей, не клонов.

— И вы не можете создать женщин?

— Нет. Не с таким потенциалом, как у нас. А в обычных нет смысла — они не способны на физический контакт.

Я хотела сказать «какие же вы бедняги», но удержалась.

Глупости какие-то…. Хотя какие глупости? Мог ли обычный человек сделать стол невидимым? Мог прыгать в чужой мир? Мог лечить за доли секунды? Нет, не мог. А Дрейк мог. И в том, что он «фонил», сомнений не было: слишком сильно чувствовалось вокруг малейшее изменение его настроения.

Все же вино давало о себе знать: наличие непонятных энергетических фонов никак не хотело укладываться в голову, а передо мной по прежнему сидел красивый мужчина, вид которого наводил на самые, что ни на есть, грешные мысли. Искрила его аура или нет, а Дрейк для меня в какой-то момент стал яблоком, висящим над головой Евы в райском саду. Все равно дотянусь, все равно надкушу, даже если потом грянет с неба гром.

— То есть мужское достоинство у вас на месте. Вы просто забыли, как им пользоваться за ненадобностью.

Глаза Дрейка одновременно смеялись и оставались непривычно серьезными. Странная комбинация.