Она раскинулась в тени тополя и смотрела на возвышавшееся по другую сторону утиного пруда, за травянистыми холмами парка, офисное здание, где она работала днем. Ее перерыв на ланч подходил к концу, и вскоре ей нужно будет вернуться туда, так ничего и не съев.

Опять.

У нее ни крошки не было во рту после того салата, что она съела под вечер в среду, почти сорок восемь часов назад, как раз перед тем, как отправилась спасать Скотта Крейна от убийц Нила Обстадта.

И, конечно, она не спала – если не считать двух раз по несколько минут на последней неделе – с начала года.

Тет[25] она отпраздновала в Лас-Вегасе, среди грохота, гудков и неонового света казино на Фримонт-стрит и Стрип, а не среди цветочных рынков, фейерверков и киосков с чаем и цукатами в незабвенном Ханое, и ликующая публика разъезжала на автомобилях, а не велосипедах, но и там, и тут присутствовало общее ощущение праздника в тени катастрофы. Провалы, сделанные в ханойских тротуарах через каждые сорок футов, представляли собой маленькие круглые бомбоубежища, куда следовало прятаться, когда американские самолеты оказывались в тридцати километрах от города и звучала тревога номер два, а в Лас-Вегасе у нее имелись амфетамины, которые нужно было глотать всякий раз, когда она чувствовала, что заклинания бодрствования начинают слабеть.

Она постилась лишь по той причине, что вид любой пищи и в особенности мысли о том, чтобы положить ее в рот, разжевать, проглотить, переварить и усвоить, теперь вызывали у нее отвращение, но она чувствовала себя неуютно еще и потому, что вспомнила о мифологической параллели. В английском переводе французского эпоса тринадцатого века «Mort Artu», дева из Астолата, которой Теннисон в поэме дал имя леди Шалот, предложила себя Ланселоту и, после того как он отверг ее, покончила с собой, отказавшись есть и спать. Ее тело положили на барку и отправили вниз по Темзе.

Ночью в среду она предложила себя Скотту Крейну, и они оба в той или иной степени отказались друг от дружки. Не может ли ее непроизвольное голодание быть следствием случившегося?

Утки внезапно заплескались в воде, захлопали крыльями и поднялись в воздух. Нарди встревоженно смотрела на них, пытаясь определить, куда они направятся, но они попросту рассеялись в пустом синем небе, разлетелись в разные стороны, и через несколько секунд она осталась одна над взбаламученной водой.

Гибким движением она поднялась на ноги. «Он здесь, – думала она, ощущая, что ее сердце тяжело забилось, а во рту пересохло. – Рей-Джо Поге где-то поблизости. Он нашел меня здесь, в Хендерсоне».