Что я берегу себя для тебя? – подумала она. Ты так себе это представляешь?

Плечи у нее болели все сильнее. «Неужели я действительно берегу себя для него? – думала она. – Неужели все это – зарезанная мадам Дюлак, побег в Лас-Вегас, использование полученной от него силы, для того, чтобы не спать, – всего лишь демонстрация неповиновения, попытка сохранить самоуважение перед тем, как позволить использовать себя в роли заточенной навеки Дамы-зомби, которую он подготовил для меня? Может быть, я испугалась того, что Скотт Крейн сможет одолеть своего отца, и попросту воспользовалась подходящим предлогом для того, чтобы сбежать от него?

Может быть, я действительно хочу отдаться на милость Рею-Джо Поге?»

«Нет, – решила она. – Нет, даже если это правда. Пусть даже я притворялась последние три месяца, но уже этот срок позволяет объявить предмет притворства истиной».

Она еще сильнее уперлась локтем в дерево, жалея о том, что не может вдавить серьгу себе под кожу.

Из фонового гула автомобильного движения выделился более сильный звук – кто-то ехал на машине поблизости.

Она увидела, как Поге внизу настороженно оглядел парк, и сообразила, что машина, судя по всему, едет прямо по траве. А потом поняла, что машина не одна.

– Дерьмо! – чуть слышно бросил Поге и, быстро отступив от дерева, пропал из виду. Прислушавшись к его удалявшимся шагам по траве, она подняла руку и позволила серьге упасть, задумавшись, уже во время движения, не слишком ли рано она это сделала и не хотела ли она сделать это слишком рано.

Она слышала, как автомобильные шины раздирают траву и, отвернувшись от пруда, раздвинула листья. В просвете на мгновение мелькнул белый автомобиль из этих пикапов… как же они называются?.. «Эль Камино». Потом показался еще один, точно такой же, как первый. Они что, за Поге здесь гоняются?

Не было слышно ни стрельбы, ни криков… а через несколько минут она услышала приближавшиеся завывания полицейских сирен. А звук автомобильных шин, едущих по траве, напротив, удалялся непонятно куда.

Затем характерный звук мотора полицейской машины приблизился, затем негромко заработал на холостых оборотах, вблизи послышался жестяной голос из полицейской рации, и лишь тогда она расслабилась и принялась спускаться.

«Услышав, что эти машины едут прямо по траве, – мысленно репетировала она, – я испугалась и поскорее влезла на дерево. Бернардетт Дин, сэр. Я работаю в страховой конторе здесь, неподалеку».

На этот раз повезло.