Диана увидела, что автомобиль Майка подъехал и остановился перед домом, и подумала, что ей незачем притворяться, чтобы изобразить страх. Оставалось надеяться лишь на то, что она правильно рассчитала его реакцию.

Несколько часов назад она отперла подвижную оконную раму в гостиной, а потом отправилась в спальню и вытряхнула на пол содержимое всех ящиков комода, потом перешла к стенному шкафу и вытряхнула все имевшиеся там коробки. При этом она жалела, что не знает, какие сигареты курит Фьюно – можно было бы закурить одну и растоптать окурок на аккуратном ковре.

Дверь подъезда открылась, и она услышала тяжелую поступь Майка по галерее второго этажа.

И вот он появился, распространяя вонь «бинаки» на добрые два ярда вокруг себя, и, улыбаясь, погладил ее по уложенным волосам.

– Как дела, дорогая? – осведомился он, одарив ее взглядом, который Диана расценила как «сейчас-сейчас-моя-куколка».

– Сегодня, когда я была в магазине, твой дом ограбили, – напряженным тоном сообщила она.

Улыбка Майка потухла, но рот остался открытым.

– Я не знала, захочешь ли ты обращаться к копам, – продолжала Диана, – и поэтому решила дождаться твоего возвращения. Не знаю, пропало ли что-нибудь, тебе виднее. Спальню просто разгромили.

– Боже! – шепотом взвыл он и кинулся к двери спальни. – Ах ты, проклятая сука… спальня… Боже, только не это, только не это.

Она последовала за ним и увидела, что он прямиком направился к стенному шкафу. Там он уставился на стоявшие на своем месте лыжные ботинки, а потом на пол вокруг.

– Боже… – снова повторил он потерянным голосом. – Я погиб. Я погиб. Это сделал твой дружок, дружок Ханса… Это же не моё… ты сама будешь объяснять Флоресу, что виновата в этом… нет… Нет, я не могу сказать, что позволил тебе остаться здесь, что пустил в дом женщину, которая навела на меня другого дилера. Будь ты проклята, проваливай отсюда, забирай все свое барахло, и чтобы я никогда больше тебя не видел. – Когда он повернулся к ней, его лицо было совершенно белым, и так искажено страхом, что она невольно отступила. – Номер его автомобиля! – яростно потребовал он. – Я убью тебя на месте, если ты забыла его!

Она назвала ему номер.

– Белый «Додж», – добавила она, – модели, наверно, 1970 года. Его зовут Ал Фьюно. Ф-мягкий знак-Ю-Н-О. – И, вспомнив, что нужно оставаться в образе, она напустила на себя сокрушенный вид и сказала: – Майк, мне так жаль. Можно мне остаться? Я надеялась…

Он медленно направился к телефону.

– Найди себе сутенера. Для меня ты больше не существуешь.

Диана заранее убрала желтое одеяльце к себе в сумку и на пути к двери подхватила ее и надела лямку на плечо.