Миновав обязательное приветствие Кроноса, ответив на вопрос о последних новостях («Скоро будут дебаты в политическом кружке»), и любезно уточнив, как там поживает долгоиграющий ремонт в загородном декановском поместье («Пока еще не закончен»), Зевс выжидающе приподнял бровь.

– Присаживайтесь. Чаю? – уточнил Кронос.

Зевс отказался. На столе обнаружились стопка документов, неоконченный набросок какой-то древней скульптуры, перьевые ручки, еще одни часы в форме стеклянного шара и скальпель. «Им очень удобно точить карандаши», – однажды пояснил декан.

– Полагаю, вы уже слышали о возможном сокращении финансирования.

– Конечно. Но я не стал уведомлять Двенадцать, пока не вышло официальное подтверждение.

Кронос улыбнулся тонкой змеиной улыбкой:

– «Я знаю, что университетский совет попечителей принял решение, но так как оно очень тупое, я его проигнорирую и дождусь ваших пояснений», вы это хотели сказать?

Зевс улыбнулся, в точности копируя его улыбку:

– Все-таки вы отлично знаете меня, декан.

Сам он знал Кроноса с первого дня в университете, когда еще не стал президентом студсовета. Зевс всегда умел быть обаятельным и заводить нужные знакомства.

– У меня было достаточно времени, чтобы изучить вас, – сказал декан и вмиг посерьезнел. – К сожалению, то, что вы услышали от совета попечителей, правда.

Зевс кивнул, стараясь не выдавать волнения. Он все еще надеялся, что это никак не затронет Двенадцать, но его мозг уже начал лихорадочно продумывать возможные варианты того, как они смогут выкрутиться из ситуации.

– Полагаю, вы уже размышляли о том, откуда в университете берутся деньги.

– От родителей студентов, – предположил Зевс. Не слишком уверенно, потому что лично он своих родителей не мог вспомнить с самого утра.

– Разумеется, – сказал декан, сделав глоток чая. – Но что гораздо важнее, от спонсоров, с которыми сейчас возникли некоторые сложности.

Зевс молчал, ожидая, когда Кронос наконец разродится продолжением мысли.

– Наш университет – последнее пристанище старой культуры, которая многих пленяет и шокирует. Из-за таких особенностей, как изолированность и эксцентричность, это место вызывает много вопросов. То, что было тихо, аккуратно искоренено из других пространств, у нас сопряжено с известной долей драматичности.

– Вероятно, среди спонсоров достаточно людей, которые понимают значительность и уникальность нашего университета. Определенную эстетику академической среды, процесса познания, изучения всех видов искусств, классики в широком понимании…

– Вы абсолютно правы, – заверил декан. – Точно не хотите чаю?