Новорожденный бог подошел к зеркалу и придирчиво оглядел свое отражение. Новое лицо не пришлось ему по вкусу, и он щелкнул пальцами, наблюдая, как мышцы плавятся, точно воск, формируя новые черты. И снова. И снова.
Наконец он остановился. То, что получилось, неуловимо напоминало его истинную суть: сумасшедший дикий экстаз, бьющая через край жизнь. Наслаждение и ужас.
В общем, получилось что-то очень красивое и упакованное в фиолетовый костюм.
– Возрождаюсь уже в третий раз. – Он улыбнулся. – Кошмар какой. Только в этот я не буду отращивать бороду! Признаюсь, это был фэшн-провал.
– Как тебя теперь называть? – поинтересовался Кронос. – Загрей?
– Мне больше не нравится это имя.
– Сабазий?
– Нафталином пахнуло. Решил тряхнуть стариной, дедуля? Меня так уже лет триста никто не называл.
– Кто же ты на этот раз?
– Дионис! Приводящий в исступление, расцветающий от почестей безумствующих. Как тебе?
Кронос пожал плечами.
Теперь у нового бога появились губы, и он улыбался иронии. Кронос и сам не поймет, что произошло. Но однажды, стоя в своем отполированном кабинете, он посмотрит на ненастоящие шпили и башни ненастоящего мира. Он все вспомнит и осознает. И потом еще долго будет убеждать себя в том, что идея с иллюзией нового мира принадлежала ему. Пока не поймет, что эту идею ему подсказали.
Но будет уже поздно.
Поняв, что от титана больше ничего не добиться, новый бог хлопнул в ладоши.
– Механизм запущен, – сказал он.
Кронос недоверчиво приподнял светлую, почти невидимую, бровь:
– И все?
– А тебе фанфары подавай и красную ковровую дорожку? – оскалилось существо и снова щелкнуло пальцами.
Грудь будто сдавило железными обручами. Казалось, вся тяжесть Тартара обрушилась на его плечи, и вселенная полетела в разные стороны, кружась и складываясь, как карточный домик.