Серые брови Нимхе изломались, и Чеслав покорился. Приблизился к ней, остановился напротив – его голова оказалась на уровне пронзившего её прута.
– Тебе грус-стно, что с-свет не видит твоих творений?
Вопрос застал его врасплох. Чеславу было не грустно – тошно, страшно, противно, да и то раньше, а не сейчас.
– Нет.
– А з-зря. – Из горла Нимхе вышел бархатный смех. – Ты бы мог с-соз-здать тварей ещё опас-снее. Ты бы мог выпус-стить их на волю. Ты бы мог рас-сплатитьс-ся с-со вс-семи, кто обидел тебя… и меня.
Чеслав сжал мешочек в ладони.
Он ведь понимал, куда всё идёт. С самого начала – понимал.
Нимхе изогнула шею. Ощерила в оскале почерневшие зубы.
– Ты мог бы рас-сплатитьс-ся и с-с ним, – проговорила она маняще. – Ты мог бы убить Йовара.
Чеслав сглотнул слюну.
– Раз-зве ты этого не хочешь? – Нимхе нежно ему улыбнулась. – Я з-знаю, каково это – хотеть подобного. О, я-то з-знаю… Ты с-станешь моим оружием против них вс-сех. Ты убьёшь Йовара, но не только его. Вс-сю Драга Ложу, вс-сех четверых.
Чеслав ссутулился и посмотрел на Нимхе исподлобья.
– Мы утопим Вольные господарс-ства в крови. – Липкие кудри скользили по её шее. Нимхе запрокинула голову и засмеялась. – Да… Тени будут пляс-сать в чертогах гос-сподарей, чудовища будут глодать ос-станки чародеев. Мы начнём с-с Кажимеры. А потом – другие… Много, много других… Их ученики, с-соратники… З-за каждый год, проведённый мной в этих с-стенах… Ты с-соглас-сен?
Хлюп. Он выпустил мешочек, и тот упал в воду.
Чеслав обвёл зал тоскливым взглядом, потёр уставшие глаза. Тени роились над полом и пытались проглотить чародейские огни. Пауков стало больше – трое рядом с Нимхе, а четверо лениво ползали по залу за его спиной.
– Я… – Подушечками пальцев скользнул по губам, будто мог заставить их работать лучше. – Я не твоё оружие, Нимхе.