Кассиан встал.

– Проводишь меня вниз? – Он взял меня за руку. Мы прокрались в сад за домом, и я надеялась, что нас никто не увидит. Цветочные клумбы стояли в тени высоких деревьев. Перед нами возникли эльфийские врата. Но Кассиан не собирался уходить, вместо этого он притянул меня к себе. Сначала я сопротивлялась, но потом обняла его и положила голову ему на грудь.

– Мы вернем его, – прошептал он мне на ухо. – Не беспокойся. Просто пообещай мне, что не попытаешься спасти его в одиночку.

Я оторвалась от него. Было бы лучше, если бы я не слишком привыкала к его близости, это только приведет к слезам и душевной боли.

– Обещаю, – сказала я, глядя на наши сцепленные руки.

Кассиан наклонился ко мне. Его губы скользнули по моей щеке. Я смотрела ему вслед, пока ворота не исчезли.

Я чувствовала себя ужасно виноватой. Сначала вовлекла во все это отца, а теперь отдала его колдунам без боя. Я сидела и плакала, пока Скай пыталась заставить меня взять себя в руки. Но ей было легко говорить. Отец подруги сидел дома в Сент-Андрусе, в то время как мой был во власти непредсказуемых колдунов. Дрожа, я взяла платок. Кто знал, что они будут делать с ним дальше? Я подумала о бабушке и маме.

– А теперь возьми себя в руки, – отругала меня Скай, когда я разрыдалась. – Твоему отцу не поможет, если ты будешь плакать. Кассиан что-нибудь придумает, а твой отец – взрослый мужчина, это было его решение. Ради науки иногда приходится рисковать.

Я закатила глаза. Типичная Скай.

– Только подумай о Марии Кюри, – продолжила она. – Она даже умерла за науку.

Я завыла.

– Однако она дважды получала Нобелевскую премию, – размышляла она. – Боюсь, твоему отцу не окажут этой чести.

В этом она была права. Ему даже нельзя никому рассказать, что с ним случилось.

Мама никогда бы мне не простила, если бы я вернулась без папы. Я проверила мобильный телефон. Еще одно голосовое сообщение от нее. Я набрала быстрый ответ и сообщила, что с нами все в порядке и мы перешли на Скай по мосту, а не переплыли на пароме. Иначе у мамы случился бы сердечный приступ.

– Мы должны вытащить его оттуда, – я села и вытерла слезы с лица.

– Так ты мне больше нравишься, – ухмыльнулась Скай.

Я немного поколебалась и улыбнулась в ответ. В конце концов, это не первое мое приключение.

Скай взяла блокнот и карандаш.

– Мы обещали не выходить из дома, но не обещали не волноваться. Какие у нас есть варианты?

Я пожала плечами.

– Я могу думать только об одном – предложить колдунам шкатулку в обмен на отца.

Скай жевала кончик ручки.

– В принципе, это наиболее логичный вариант. Но если она может нанести такой урон сама по себе, я не хочу даже представлять, что произойдет, когда ее сила перейдет к колдунам. Разве не так? – спросила она себя. – Вангуун заперла свои силы в этом ящике, – она ткнула шкатулку ручкой. – И колдун, открывший ее, получает эти силы.

Скай почесала в затылке, пока я смотрела на дверь, надеясь, что она откроется, и мой сияющий рыцарь встанет передо мной. Но ничего подобного не произошло. Как давно Кассиан ушел? Три-четыре часа назад? О чем он думал? Он должен понимать, что мы напуганы.

– Может, папы вообще нет в живых, – озвучила я свой самый большой страх.

– Ерунда. У них нет причин убивать его. У тебя есть то, что им нужно. Однако в фильмах похитители иногда посылают мизинец своей жертвы, чтобы ее семья делала то, о чем просят. Ее голос звучал так спокойно, как если бы она рассказывала о брачном поведении пчел.

Я искала что-нибудь, чтобы бросить ей в голову. К сожалению, под рукой оказалась только моя чашка.

– Прекрати! – Подвалы с железными цепями на сырых стенах возникли в моем воображении. – Может, нам стоит пойти и попытаться поговорить с де Винтером. Мы могли бы спрятать шкатулку по дороге, тогда он не сможет забрать ее у нас, не отпустив отца, – пришла мне в голову идея. Кассиан думал, что я буду ждать? Я не обещала оставаться в этой комнате навсегда. Я ходила взад и вперед, пока самые безумные фантазии не ожили в моей голове. Все они вращались вокруг папы, де Винтера и различных орудий пыток.

– Не уверена, что это хорошая идея, – сказала Скай. – Мы должны дать эльфам и магам немного времени.

– Я могу лишь согласиться с твоим мнением. – Квирин приземлился на подоконник, и мы в ужасе развернулись. Скай издала резкий крик.

– Все в порядке, – успокаивающе сказала я. – Ты теперь эльфийский полицейский? Кроме того, мы даже не можем туда отправиться. Наша машина все еще там, – вспомнила я. Я оказалась в ловушке в этой комнате, надеясь, что на этот раз мне помогут эльфы.

Лоб Квирина наморщился. Он фыркнул.

– Ты снова собираешься идти в одиночку. Хорошо, что Кассиан послал меня позаботиться о тебе.

– Чтобы позаботиться о нас или защитить нас? – спросила я, не зная, чего ожидать, если в комнату ворвутся колдуны.

– И то и другое, конечно. – Тролль надулся, как петух в корзине.

– Когда он планирует вернуться? – очень прагматично спросила Скай.

– Когда он разработает план с Элизьен и Мерлином.

– Я хочу, чтобы ты освободил моего отца. У магических рас есть законы, и, несомненно, захватывать человека запрещено, – сказала я.

Квирин потянул себя за волосы.

– Верно, но колдуны не признают эти законы. По правде говоря, о Друид Глене никто не знал. Даже Мерлин. О нем почти забыли. Мерлин был шокирован, когда Кассиан сказал, сколько их там. Большой совет уже заседает для обсуждения этого вопроса, но, как всегда, мнения, как действовать дальше, разделились.

Я, должно быть, ослышалась.

– Вы обсуждаете? Почему бы вам не послать отряд магов, чтобы сделать эту деревню видимой и вывести оттуда моего отца?

Квирин только покачал головой в ответ на мое предложение.

– Это не так просто. Мы ничего не знаем об их магических силах. Навсегда спрятать целую деревню можно только с помощью великой магии.

Уже темнело, когда наконец раздался стук в дверь. Квирин заснул в кресле. Великий защитник! Теперь он открыл один глаз и зевнул.

– Пора, – прорычал он, когда я уставилась на дверную ручку как парализованный кролик.

– Колдуны вряд ли постучали бы вежливо, – успокоила меня Скай, похлопав по руке. Она готовилась к выпускным экзаменам последние два часа. Она больше не спрашивала меня о Викторе. Странно. Я думала, она влюбилась в него. Теперь она притворилась, что это не имеет значения. Но Виктор не был моей проблемой, я не переставая думала об отце.

Скай была само спокойствие, пока я металась как зверь в клетке. Я не хотела представлять, что колдуны сделали с отцом. Они наложили на него проклятия? Что мне сказать маме, если мы не вернем его целым и невредимым? С тех пор она звонила дважды, но каждый раз я говорила, что отца нет дома. Она наверняка начинает уже что-то подозревать.

Дверь открылась, и вошла Элизьен. Следом за ней в комнату проскользнули Рэйвен и Кассиан. Стены, казалось, сдвигались, и комната сжималась.

Скай вскочила и сделала реверанс королеве. Та любезно ей улыбнулась и повернулась ко мне. Ее длинное белое платье волочилось по полу, когда она подошла ко мне и обняла.

– Элиза. Я очень рада тебя видеть, – мягко сказала она. – Во что вы влезли?

Я смущенно провела по волосам.

– Я не думала, что так получится.

Элизьен погладила меня по щеке.

– Я тоже. Но мы не оставим вас. Я у тебя в долгу. – Камень, упавший с моего сердца, должен был весить несколько килограммов. – Однако может пройти некоторое время, прежде чем мы узнаем, что можно сделать для твоего отца. Каждый наш шаг должен быть тщательно продуман.

Королева эльфов походила на представительницу палаты лордов, которая что-то говорила, ничего не говоря.

– Сейчас Мерлин совещается с Большим советом. Мы не должны торопиться. – Она посмотрела на меня, вероятно, надеясь на мое понимание, но это не имело для меня смысла. – Кассиан сказал, что вы знаете колдуна, который схватил твоего отца. – Она вопросительно приподняла бровь.

Я кивнула.

– Профессор де Винтер. Он недавно появился в Сент-Андрусе со своим сыном Виктором.

– Который определенно не имеет ничего общего с махинациями отца, – вставила Скай. – Я знаю Виктора, он бы ничего не сделал с Элизой.

Я с удивлением посмотрела на подругу. Я была права. Она влюблена в него. И что у нее за нервы!

– Он не помешал отцу забрать его. Де Винтер обездвижил моего отца, а затем заставил парить в воздухе, – сказал я Элизьен, и от воспоминаний меня затошнило.

– Де Винтер, – пробормотала Элизьен и посмотрела на меня. – Это невозможно.

– Вы его знаете? – спросила Рэйвен.

Элизьен кивнула и подошла к окну. Она посмотрела наружу, и я подумала, видела ли она что-нибудь еще, кроме залива и зеленых склонов острова Скай.

– Кто это? – настойчиво спросила Рэйвен. – Скажите нам.

Элизьен задернула шторы и повернулась ко мне, не отвечая на вопрос Рэйвен.

– Ты когда-нибудь слышала его имя?

Я покачала головой.

– Отец называл его профессором де Винтером. Он француз. До этого жил с сыном в Париже. – Пока я рассказывала, что знала о них, я поняла, насколько это бессмысленно. Я замолчала. – Это неправда, не так ли?

Элизьен скрестила руки на груди.

– Мы не можем сказать наверняка. Многие маги живут как обычные люди, так почему бы колдунам не поступить так же? Они практически неотличимы от людей. – Ее голос был таким тихим, как будто она говорила сама с собой. – Я ничего не слышала от него все эти годы. – Она мрачно смотрела на полированный деревянный пол.