– Тогда и правда надо запечатать этого сообщника! – постановил Пит. – Вы ведь знаете, как это сделать, господа волшебники?

Дядюшка и племянник кивнули одновременно.

– Надо снять с него мантию и рубаху, – сказал Скай. – Печать придется ставить на тело.

Ник поежился и отступил на шаг от все еще неподвижно лежащего злодея. Волшебник тут же пожалел о том, что лишний раз напомнил другу о пережитом, но печать ставить придется в любом случае, и если Ник сам об этом заговорил, то понимал, что ему придется увидеть.

Пит деловито освободил господина Галенуса от лишней для грядущих ритуалов одежды и заново связал заговорщика.

– На спине печать будет или на груди? – спросил кучер, явно прикидывая, как положить тело.

– На спине. Чтоб труднее было повредить, – решил Скай.

Перспектива надрезать кожу беспомощного пленника, пусть и неприятного как личность, вызывала легкое отвращение. Но работа есть работа: нельзя раскрывать заговоры, не пачкая руки. Скай, правда, никогда и помыслить не мог, что замарать руки придется вот так.

Он шагнул к телу Галенуса, но дядя вдруг ухватил его за локоть и не терпящим возражений тоном заявил:

– Этим займусь я. А вы проверьте, не пропустили ли мы чего: вдруг где-то кто-то затаился?

Скай хотел возразить, но дядюшка бросил быстрый взгляд на Ника и покачал головой.

Затем он мягко, но решительно оттолкнул племянника и извлек из плотного поясного кармана перочинный ножик. Маленькое лезвие зловеще сверкнуло в неверных отблесках факела.

– Вам помощь нужна? – уточнил Пит, совершенно спокойно отнесшийся к замене претендента на роль заглавного волшебника-ритуалиста.

– Нет, – покачал головой дядюшка и деловито осведомился: – Резать, как я понимаю, можно не слишком глубоко?

Скай глянул на Ника, бледного, с застывшим лицом, и сказал:

– Все так. Думаю, нужно обозначить печать.

К травнику подошел Пит. Встал между ним и поверженным Галенусом и сказал:

– А мы пока осмотримся. Вдруг еще где какие негодяи засели?

Ник помотал головой и сделал шаг в сторону от Пита:

– Нет. Ты иди. А я должен остаться тут.

– Кому должен? – приподнял бровь кучер. – Мне? Нет. Скаю? Тоже нет. Господину Арли? Уверен, он и сам прекрасно справится.

Дядюшка, уже опустившийся на одно колено рядом с неподвижным заговорщиком, отозвался:

– Да, конечно, справлюсь. Любопытный, совершенно необычный опыт, – пробормотал он себе под нос. – Очень интересно.

– Может, этому Галенусу должен? – продолжал допытываться Пит. – С чего бы?

– Себе. Себе должен, – еле слышно выдохнул Ник. – Нельзя такое посоветовать – и в кусты.

– А кто сказал, что мы в кусты собрались? – изумился Пит. – Мы тут пройдемся. Незачем стоять тут и таращиться, смущать господина Арли. Он, знаешь ли, к таким фокусам непривычный. Еще заволнуется, рука дрогнет – и порежет негодяя глубже, чем надо. Переживать будет, хоть Галенус того и не стоит. Так что давай-ка отойдем чуток.

Ник как завороженный последовал за другом. Они отошли к проему, ведущему в соседний зал, и Пит взялся изучать его с самым вдумчивым видом.

Вот и славно. Нику совсем незачем смотреть на то, как на чужом теле будут вырезать знаки, похожие на те, что покрывают его спину.

– Базовый круг запечатывания нечисти… – продолжал бормотать дядюшка. – Сюда основной знак. Вот туда нанесем связочку. Э, нет, тогда у нас правый и левый знаки спустятся на ребра… нет, давайте-ка уменьшим этот круг… вот так… Вот!

Узкий нож главный библиотекарь держал на манер пера или карандаша и буквально рисовал царапинами знаки на человеческой коже. Кровь тонкими струйками стекала по телу Галенуса. Дядюшка Арли не обращал на красные потеки никакого внимания, сосредоточенно продолжая работу.

– Кто-то идет, – вдруг подал голос Пит. – Схожу проверю.

Скай насторожился: вдруг этот тайный орден все-таки многочисленнее, чем они решили?

Однако, к счастью, через десятую часть свечи в подземелье вбежали вовсе не злодеи. Оглушительно топоча и кряхтя, ворча и вздыхая, в подвал винокурни ворвался отряд постояльцев Приюта в сопровождении нескольких целителей.

Ворвавшись и оглядевшись, запыхавшиеся пожилые волшебники дружно ахнули, а кое-кто и за сердце схватился. Картина их глазам предстала и правда ошеломляющая: главный библиотекарь королевства под надзором племянника то ли свежевал полуголого беспамятного мужчину, то ли проводил неизвестный кровавый ритуал. Неподалеку маячил бледный как смерть помощник, а между бочонков неподвижно замерли два связанных тела в одинаковых плащах.

– Что тут, Темный владыка меня раздери, творится?! – рявкнул кто-то из почтенных старцев.

– Имейте терпение, господа, – отозвался сосредоточенный на кровавом действе господин Арли. – Я вот-вот закончу.

– А потом что? Откроется провал в Нижний мир? – с подозрением уточнила пожилая волшебница, явно прикидывая, как половчее запустить в ополоумевшего библиотекаря смертельным заклинанием.

Глава 19

Глава 19

Скай поспешил навстречу озадаченным волшебникам.

– Дядюшка запечатывает нечисть, забравшуюся внутрь этого господина.

Одних объяснение устроило, других – не очень, и все разом загомонили, забрасывая Ская вопросами:

– Что за нечисть?

– Почему не изгнали?

– Вы тут точно с ума не посходили?

– А что за мужчина?

– А чего вы его режете?

– У Арли тут ритуальный зал? Как по́шло!

– Мне кажется, я знаю этого мужчину…

Среди взволнованных волшебников Скай заметил Норина и поманил его к себе, полагая, что, пока удивление почтенных господ не поутихнет, отвечать на вопросы нет смысла.

Мальчишка тут же протиснулся мимо целителя Эриса, подлез под руку пожилого, незнакомого Скаю волшебника, подвинул старую леди и оказался рядом.

– Ну как, сложно было собрать подмогу? Ты даже больше людей привел, чем мы рассчитывали.

– Я так торопился, а вы, похоже, уже сами всё успели, – слегка обиженно заявил Норин.

– Дождаться тебя никак бы не получилось, уж извини, – хмыкнул Скай.

– Расскажете хоть, что тут было?

– Потом.

– Ну ладно, только правда расскажите, а не то «потом», которое никогда. У взрослых бывает.

Скай пообещал, что это будет самое настоящее «потом».

Шум вокруг поутих, когда главный библиотекарь поднялся, разминая затекшее запястье. Волшебники и волшебницы уставились на господина Арли, ожидая ответов, и тот не стал томить их еще дольше.

– Дамы и господа, разрешите представить вам господина Галенуса, главаря банды заговорщиков, обосновавшихся на территории королевских виноградников.

По толпе прокатился удивленный вздох, а затем господина Арли засыпали вопросами. Он подождал, пока утихнет первая волна возбуждения, и сказал:

– Деталей я пока не знаю, почтеннейшие! Но какая-то тайная организация здесь точно обосновалась, и давненько. В доме главного виноградаря уже который месяц держат в плену его самого и его семейство. Не меньше года назад злодеи заменили работников на своих людей. А в колодце тут сидел здоровый рыбозмей, явно не предусмотренный традиционным виноградарским уставом.

– А чего они хотели, эти заговорщики? Короля отравить?

– Под самым нашим носом… – сокрушался кто-то.

– Старый Хенн, получается, их увидел? Они его с площадки скинули, так?

– Спросим у них, – подытожил господин Арли. – Пока давайте разберемся, что делать со всей этой компанией.

– А главного злодея ты зачем порезал?

– Пришлось запечатать в нем кое-что. Наспех только такой вариант придумали.

Дядюшка благоразумно умолчал о том, что на самом деле получил вполне конкретные инструкции. Иначе объясняться пришлось бы слишком долго и, самое важное, безрезультатно.

К рассвету всех пленных осмотрели, пересчитали и на всякий случай разделили по цвету подвесок. Про смертельный приказ, побудивший носителей медных подвесок лишить себя жизни у Поющих пещер, друзья рассказывать не стали, но проследили, чтоб «серебряные» сидели от «медных» подальше. «Золотыми» были только двое: Галенус и мертвый волшебник.

На пленников наложили заклятие Слабости, чтоб никто не попытался убежать или избавиться от соучастников.

Всего в плен попало двенадцать человек, среди которых не было ни одной женщины, ни одного пожилого человека или подростка, ни одного иноземца, ни одного волшебника, не считая убитого ударом ножа в шею. Мертвецов насчитали меньше десятка. Тайная организация и правда была невелика.

Что до доблестных разоблачителей, то Скай и господин Арли набросились на благоразумно прихваченную целителями еду. Пит заработал длинный, но неглубокий порез в одной из многочисленных драк. Его плечо осмотрели и тут же залечили волшебством. Ник, бледный и настороженный, категорически отказался от осмотра, заверив, что с ним все в порядке. Скай и Пит многозначительно переглянулись: совсем не похоже было, что с травником все в порядке, но определенно стоило отложить выяснение деталей на потом.

Полсвечки спустя волшебники взялись за членов ордена. Сотрудничать в обмен на возможное помилование согласились двое из «медных» и один «серебряный». Их допросили по одному: за дело взялись Скай с Питом, господин Арли и целитель Эрис.

Доставшийся Скаю с Питом «медный» выглядел помятым и непрестанно жаловался на жизнь.

– А в чем я виноват? Мне сказали, я и делал. А почему нет? Вот был бы я не я, а кто другой: волшебник там или богач, я б, конечно, ничего такого не делал. А так ничего не поделаешь: жизнь такая! Куда деваться-то?