— Откуда вы знаете?

— Есть собственные каналы получения информации, — улыбнулся я, — Это же он настоял на вашем переводе из Тампы в Нью-Йорк?

Фэллон нахмурился, а я добавил:

— Ему хочется навести порядок в управлении полиции и судах штата.

— Да… — нехотя признался шериф, — Он — человек чести.

— Вы только при гангстерах из Италии такого не говорите, Джон, — развеселился я, — Человеком чести у них называют тех, кого приняли в «семью». И кто дал клятву омерты. Которая как раз воспрещает посвящать полицию в дела мафии. Даже если это позволит «спихнуть» враждебный клан в могилу. Но здесь, в Америке, думаю, не так много «боссов» этому следует.

— Намекаете на себя? И то, как вас, по вашему мнению, подставили и отправили в распределительную тюрьму? — догадался Фэллон.

— Вовсе нет, — я отрицательно покачал головой, — Я же не из «семьи». Не итальянец. Не присягал никакому «боссу». Скажите, прокурор Саленс оставил меня «на потом»? На закуску, так сказать?

В этот раз Джон не подал признаков удивления.

— Мы же вроде договорились с вами, шериф? — поморщился я, — Если уж сотрудничаем в чём-то, то говорим всё прямо. Не считайте меня за дурака. Сейчас я выгоден прокурору в его разборках с Верховным судом и управлением. А потом стану не нужен.

— Зачем вам всё это? — спросил Фэллон, — Почему ввязались в разборки с Аунего?

— Сейчас мы двигаемся с вами в одном направлении. И с прокурором тоже. Гарри Ллойд-младший, ветеран из газет — мой друг…

— Это я уже понял.

— Тем более. Мне не нравится то, что происходит в Аунего. Там убили моих людей. У меня свои счёты с Пророком и Хотфилдом. Вдобавок я обещал помочь мохокам. Заодно я хочу, чтобы такие сволочи, как этот сектант и его карманный сенатор перестали коптить это небо на свободе.

— Вы думаете, что именно конгрессмен подчиняется Пророку? — недоверчиво протянул шериф.

— Всё, что я знаю о сектантах, Джон, укладывается в следующую схему. Они никогда не станут полностью подчиняться тем, кто не входит в их круг. В их паству. Хотфилду Аунего нужно только для собственной наживы. Рудники, резервация, статус опекунства над оставшимися индейцами. Или их исход… А вот Пророк — фигура, которая будет действовать иррационально. Не стоит пытаться «приложить» к нему привычные клише.

— Вы планируете продолжать «топить» Хотфилда в газетах?

Где-то в подсобке зазвенела трель телефона.

— Да. Но на самом деле за меня это сделают уже другие издания. Новость уже подхватили и понесли по стране.

— Понимаю.