— Торт-балерину, может быть? — предложил я. — Или трубочки. Что может перебить популярность макарон?

— Что-нибудь не слишком сладкое, — подсказал возникший рядом с Катиным столом Нортон.

— Несладкое? — прорычал я. Из Норта тот еще советчик!

— Я слышал, как судья-герцогиня во всеуслышанье жаловалась на то, что все десерты слишком приторные.

— В этом смысл, — снова рыкнул я. — Это же десерты!

— Необязательно, — покачал головой Нортон и повернулся к Кате. — Да, она злится на тебя, потому что ты протеже принца, но мы ее поймаем на слове. Ты знаешь какой-то рецепт, который был бы не слишком сладким, но понравился бы большинству? И который перекрыл бы популярность макарон.

Мне стоило отдать Норту должное: он выдернул Катю из уныния. Она на секунду задумалась, а затем ее лицо вдруг просветлело.

— Моти! — воскликнула она.

Я скривился, а Нортон вскинул брови:

— Это что такое? Я пробовал все твои десерты.

— Не все, — усмехнулась Катя. — Эти штучки не понравились Кириану, поэтому я не стала делать их для продажи.

— Они совсем несладкие, — проворчал я.

— Потому что ты главный сладкоежка Плиона, — хохотнул Нортон. Надо было сломать ему нос, но, глядя на Катину улыбку, я передумал.

— Мне понадобится ваша помощь, — сказала она.

— Все, что захочешь, Катенька, — промурлыкал Норт, и я снова передумал.

Впрочем, времени ломать носы совершенно не было. Подошла очередь Кати, и она принялась рассказывать про восточный десерт из рисового теста и нежнейшей начинки, мы с Нортоном отправились доставать все необходимое. В своем желании помочь Кате сейчас мы превратились в команду.

5. Катя

5. Катя

Кириан с Нортоном убежали за недостающими ингредиентами, а я принялась готовить все необходимое. Остальные конкурсанты уже вовсю занялись десертами, а вот Ламбер все никак не унимался. Видимо, ему я была как кость в горле:

— Разве правилами допускается смена запланированных десертов? — уточнил он у жюри и ведущего.

— Не допускается. Вы планировали делать что-то другое? — уточнил у меня ведущий.

— Лучше спросите у месье Ламбера, откуда ему известно, что планировала делать я? — парировала, сложив руки на груди. — Последний десерт остается сюрпризом до его объявления.

— Догадаться не составляет труда, вы только что заявили о дополнительных ингредиентах, — хмыкнул Ламбер.

Вот ведь…

— Я переволновалась и забыла внести их в список, — хмыкнула я. — Месье Ламбер, занимайтесь лучше макарон, они требуют очень много времени и сил. Отвлечетесь — сделаете что-то не то, проиграете и расстроитесь.

— А вам откуда известно, сколько времени они занимают?! — прищурился этот нечестно играющий хмырь.

— Так вы же сами сказали, у вас украли рецепт. Видимо, эти бессовестные воришки решили рассказать о нем всему миру, вот слухи дошли и до меня.

Ламбер скривился, но что на такое ответить, не нашел.

Я бы с большим удовольствием сейчас засветила ему тортом в лицо, но торт уже унесли зрителям. К тому же, после такого меня явно дисквалифицировали бы, поэтому я решила не поддаваться больше на провокации Ламбера и вернулась к подготовительным моментам. К счастью для меня, моти довольно быстро готовятся. К несчастью, разыскать формы для них за такой короткий срок не представлялось возможным, поэтому оставалось лепить вручную.

Ничего, справлюсь. Мы в столовой в приюте, когда у нас были уроки труда, пельмени на скорость на спор лепили. Так что сейчас оставалось только дождаться Кириана с Нортоном. Основная засада заключалась даже не в начинке, а в рисовой муке. В прошлый раз мы ее заказывали из моего мира (здесь такого не было), но сейчас…

Нортон, конечно, сын директора Бюро, но я все равно волновалась. Потому что бюрократические проволочки, и все такое, и даже если он действительно даст добро на переход, это же еще кого-то надо туда отправить… Я вздохнула и постаралась не накручивать себя. Занялась начинкой в начинке, как я ее называла. Сделала парочку фруктовых, одну под сникерс и одну с кокосом.

Время шло, парни не возвращались, и я начала грызть губы. От нервов. Потому что все остальные либо уже успешно занимались украшательствами, либо начинкой. Конечно, запас еще оставался, но…

Ламбер ехидно поглядывал на меня, зрители уже съели торт, я же начинала злиться. Дело было не столько в победе, сколько в том, что я не хотела уступать этому мошеннику! Как раз в тот момент, когда я об этом подумала, влетели запыхавшиеся Кириан с Нортоном.

— У вас остается не так много времени! — произнес ведущий. — Напоминаю, что для приготовления десертов использовать помощников нельзя.

Я представила Кириана или Нортона в фартучках и почему-то фыркнула, но дальше мне было не до смеха. Может, я и знала процесс как свои пять пальцев, но времени действительно оставалось все меньше, меньше и меньше. Сначала я сделала тесто, закинула его остывать и теперь вплотную занялась кремом.

Не зря говорят, что глаза боятся, а руки делают. Я закончила аккурат в тот момент, когда прозвенел звонок, правда, вся была в крахмале, муке, перемазанная в начинке, и в целом, наверное, была просто «красавица». Впрочем, когда я подняла взгляд на Кириана, вернувшегося на свое место, он смотрел на меня так, будто был не прочь облизать с головы до ног. Буквально.

От этого взгляда я вспыхнула до корней волос, а еще мигом вспомнила, что он мне сказал.

«Отчасти поэтому я тебя полюбил».

Наверное, если бы это не было брошено вскользь, в разговоре, связанном с катастрофой по поводу макарон, я бы засомневалась. Но именно потому, что это было сказано на бегу, в самом простом разговоре, это было особенно ценно. Потому что он вряд ли это вообще планировал и просто сказал то, что на самом деле чувствует.

Сейчас, когда соревнование закончилось, меня накрыло осознанием этого, поэтому я даже пропустила мимо ушей слова герцогини о том, что мой последний десерт «невнятное нечто». Мужчины комментировать не стали, и мне оставалось только догадываться, понравилось им или нет. Правда, сейчас уже оставалось совсем чуть-чуть времени до момента истины, и я просто опустилась на стул, чтобы отдохнуть.

Улыбнулась девушке из водного мира, и она подошла ко мне:

— Можно попробовать?

— Да, конечно, угощайся. — Я кивнула, и она взяла моти. Надкусила, расплылась в блаженной улыбке:

— М-м-м-м-м-м… как вкусно! И вообще не сладко!

— Некоторые считают это недостатком, — я посмотрела на Кириана и не смогла сдержать улыбку.

— В моем мире вообще нет сладких десертов! Я старалась сделать торт максимально близким к тому, что принято называть десертом во множестве миров, но…

— Твой торт — произведение искусства! — сказала я, вспомнив море и скалы. — Жаль, мне не удалось его попробовать. Я тоже не сильно люблю сладкое.

Потому что, наверное, объелась им, пока училась готовить. Да и когда научилась тоже.

— Жюри готово объявить результаты! — произнес ведущий, и мы все замерли. Я, как сидела, на стуле, девушка рядом со мной, Ламбер — снисходительно созерцая всех остальных. Видимо, расставлял их по местам после себя-неповторимого.

— Первое место — месье Ламбер! — зачитал ведущий.

Ну кто бы сомневался!

— Ваши макарон покорили всех!

Зал взорвался овациями, сквозь которые пробился свист. Это Нортон встал с кресла и изображал Соловья-разбойника. Ведущий покраснел, а Кириан резко дернул его за плечо, заставляя сесть. Правда, при этом сам он выглядел чрезвычайно мрачным.

— Второе место — Катерина Тортинская…

— Прошу вашего внимания.

Голос Эрланда-старшего прозвучал так резко, что все застыли, а я подпрыгнула. Если Ламбер смотрел на всех свысока, то этот сквозь. Почему-то создавалось ощущение, что отец Нортона может уничтожить любого по щелчку пальцев и не заметить.

— Эдмон Ламбер должен быть дисквалифицирован, — удивительно мягко произнес он. — Потому что у моих агентов есть информация, что рецепт макарон украл именно он. У Катерины Тортинской.

6. Кириан

6. Кириан

Катя победила. Заняла первое место. Но меня обуревали странные, противоречивые чувства. Мне бы радоваться, и я радовался, наслаждался светом в ее глазах. Тем, как от удовольствия порозовели ее щеки, когда Катя принимала из рук одного из судей чемпионский кубок. У нее не просто глаза светились от счастья, она светилась вся. Я готов был мир перевернуть, только бы так оставалось всегда. Можно сказать, это я сегодня и сделал, когда запросил открыть переход на Землю. Потому что на Плионе не нашлось рисовой муки!

Мы с Нортом успели: в Бюро выдали разрешение невероятно быстро, будто ждали нашего запроса. Отыскать муку оказалось тоже несложно, и Катя все успела вовремя. Но Ламбер все равно выиграл… а затем проиграл. Потому что на то была воля директора Межмирового бюро.

— Ты позвал отца? — успел я осторожно спросить у Нортона.

— Шутишь? — поморщился друг. После сегодняшнего я вернул ему это статус, по крайней мере, в мыслях. — Он здесь, потому что сам так решил.

Когда-то нас с Нортоном объединило отношение к собственным отцам: я понимал его, как никто другой. Теперь нас объединяла Катя. Но если это не идея Норта, то все гораздо серьезнее.

Уже второй раз Гартиан Эрланд помогал мне и Кате. В его доброту душевную я не верил, поэтому ждал, когда директор Бюро предъявит мне счет. Хорошо если мне, а не Кате. Будь моя воля, я бы его не подпустил к моей иномирянке, но вот он, сжимает ее ладонь в своей и поздравляет с абсолютной победой.