— Дайте угадаю, у вас есть предположение о том, что произошло, — проворчал господин Эриссон.

  — Одно имеется, — кивнула преподавательница. — Оно способно объяснить позднее появление сателлита, случившееся на арене и даже отсутствие у Диондры специализации.

  — Не томите, — буркнул ректор.

  — Вам не понравится, — честно предупредила госпожа Эрей, а после торжественно объявила: — Я полагаю, мы стали свидетелями уникального проявления магии поглощения!

   На последнем слове я вздрогнула. Оно категорически мне не понравилось. Кто поглотители? Мы с Кати? Да не может этого быть!

   — Чушь! — фыркнул господин Эриссон. — Поглотители – миф, которым мамочки запугивают непослушных детей.

   — То, что они давно не встречались, не значит, что их никогда не существовало, — возразила госпожа Эрей.

   Лично я в этом споре была на стороне Эриссона. Пусть вредный преподаватель мне никогда не нравился, но сейчас он точно прав. По крайней мере, я очень хотела в это верить. Вот просто до боли в сердце.  

   Спор между двумя преподавателями затянулся, и вмешался ректор:

   — Довольно! Мы все равно никогда не придем к единому мнению. Считаю, что необходимо срочно вызвать в Академию гранта Арклея. В конце концов, случившееся касается его дочерей. И, конечно, доложить наверх.

   При намеке на Грэйс все скорбно умолкли, а на меня с новой силой набросилась совесть.

  — Как она? — тихо спросила я. — С ней все в порядке?

  Ректор глянул с сожалением. Меня хотя бы не обвиняли в умышленном причинении вреда. Все понимали, что произошедшее – трагическая случайность.

  — Потеря сателлита – катастрофа для мага. Грэйс еще не скоро придет в себя, — ответил он.

   — Как мне все исправить? Сателлита можно вернуть?

   — Боюсь, это необратимый процесс.

   Я упрямо сжала кулаки. Нам с Вэйдом тоже так казалось после обмена. Но мы нашли решение! Может, и с Грэйс получится. Я точно не желала лишать ее магии. Она, конечно, невыносимая мажорка, но подобного все равно не заслужила. Да и кто я такая, чтобы кого-то казнить или миловать?

   Я должна повидать «сестру» и желательно до приезда гранта Арклея. Я боялась не наказания, вряд ли оно последует. Я слишком важна для планов приемного отца. И даже потерю магии у Грэйс он сочтет не самой дорогой платой за свои амбиции. А потому надо попытаться помочь Грэйс до его приезда. Пока еще возможно.   

  Вэйд, почувствовав мое настроение, спросил:

   — Что станет с Диондрой? Вы будете держать ее под стражей?

   — Не думаю, что в этом есть необходимость, — ответил ректор. — Студентка Арклей может вернуться к себе в комнату. Но до приезда твоего отца я запрещаю ее покидать, Диондра. Поняла?

   Я кивнула. А получив разрешение уйти, первое, что сделала – нарушила запрет ректора.

   Из кабинета мы сразу отправились в лазарет. Он располагался на кафедре Зельеварения, так что пришлось выйти на улицу. Студенты не просто расступались при виде меня, они переходили на другую сторону дорожку, а то и вовсе меняли направление. Я превратилась в самый жуткий кошмар Академии. Еще немного – и мной, в самом деле, будут пугать детей. Даже странно, что Вэйд не боится. Впрочем, он всегда был безбашенным любителем опасности. В этом смысле такая девушка, как я, идеально ему подходит.

   В лазарет нас пустили без проблем, едва я сказала, что Грэйс – моя сестра. Слухи о произошедшем на арене сюда пока не добрались.

   Грэйс уже пришла в себя. Она лежала на койке, укрытая наполовину покрывалом. Такая же бледная, как простынь под ней, а еще безучастная. Ее взгляд уперся в одну точку, она ни на что не обращала внимания, но лишь до тех пор, пока не пришла я.

  На меня Грэйс среагировала. Ее зрачки расширились от страха, она резко села и натянула покрывало до самой шеи.

  — Зачем ты явилась? — взвизгнула Грэйс. — Хочешь меня добить?

  — Не говори глупости, — поморщилась я. — Все вышло случайно. И вообще ты первая использовала нечестный прием. Но я все равно хочу тебе помочь.

  Увы, она не слушала.

  — Уходи! Убирайся! — Грэйс перешла на крик, а потом вовсе начала звать на помощь: — Помогите! Убивают!

  — Нам лучше уйти, — взяв за предплечье, Вэйд вытащил меня в коридор, пока в лазарет не сбежались смотрители.

  Там я привалилась к стене и закрыла глаза. Помогла, называется. Сделала только хуже! О том, чтобы поговорить с Грэйс можно забыть. На диалог она явно не настроена.

    В ушах еще стоял ее пропитанный ужасом крик. Вот так теперь будет? Все будут вопить и бросаться врассыпную при моем появлении? Впервые я осознала, насколько все плохо. Меня считают чудовищем! И самое паршивое, что они правы.

   Не выдержав, я всхлипнула. И тут же ощутила ладони Вэйда на своих плечах. Но успокаивающее прикосновение сделало только хуже, оно напомнило, что и для парня я опасна. Чудо, что Морок до сих пор жив! Я ведь могла его уничтожить… При этой мысли безумно страшно стало уже мне.

— Что, если я и правда чудовище? — я открыла глаза и посмотрела на Вэйда. — Тот самый поглотитель, о котором они говорили. Как ты можешь быть со мной?

  — Да плевать мне, кто ты, — пожал он плечами. — Пожиратель, уничтожитель, поглотитель… Все это просто неприятные слова. На самом деле ты добрая, заботливая и отзывчивая. Да немного вспыльчивая, порой отчаянная, но точно не подлая. У меня была твоя душа-сателлит, помнишь? Я знаю тебя, Дия.

  — Ты ошибаешься, — я приподняла рукав на правой руке и показала Вэйду иероглиф. — Он вырос. А это значит, Кати стала сильнее. Это и есть поглощение.

   Мы вместе проследили куда теперь доходит иероглиф. Оказалось, что до локтя.

  — Никому не показывай, — Вэйд сам одернул рукав на моей руке. — Мы с этим разберемся.

 Он прижал меня к груди, и я не стала спорить. В объятиях Вэйда так легко поверить, что все наладится.

Глава 23 Вместе 

Глава 23 Вместе 

До визита гранта Арклея я больше не выходила из комнаты и не только потому, что слушалась приказа ректора. Сама не хотела. На меня навалилась апатия. Все стало неважно и безразлично. В том числе собственное будущее, которое никогда еще не было настолько туманным. Даже на улице я примерно знала, что меня ожидает. Сейчас же и предположить не бралась.

    Оставшись одна, я сразу призвала Кати, но она не откликнулась. Впервые не явилась на призыв! Я бы испугалась, что вовсе лишилась сателлита, но иероглиф на моей руке свидетельствовал об обратном.

   Пока я безрезультатно взывала к Кати, жизнь вокруг продолжалась. Трина принесла мне значок золотых крыльев. Меня признали победительницей в схватке с Грэйс, хоть я ее и толкнула. Но, похоже, желающих указать мне на нарушение правил не нашлось.

   — Такой взлет, от хвоста сразу к золотым крыльям, — неуверенно похвалила Трина.   

  Подруга и та не определилась, как теперь ко мне относиться. Она положила значок на мою тумбочку, но я его проигнорировала. Носить знак отличия за то, что я сотворила с Грэйс? Я не настолько бессердечная.

   — А Криса, кстати, наоборот понизили до хвоста, — сообщила Трина. — Говорят, это он донес на турнир и привел на арену смотрителей. Не смирился с тем, что его победу не признали.

  — И что теперь, он не сможет окончить Академию? — вяло поинтересовалась я. Судьба Криса не особо меня волновала, я лишь поддерживала разговор.  

  — Скажешь тоже, — фыркнула Трина. — Он же из высшей знати. На его значок все закроют глаза. Но студенты его не простят. Теперь он изгой.

  Я кивнула. Из-за Криса девяносто процентов студентов получили строгий выговор. Всех не исключили в тот же день лишь потому, что тогда в Академии практически не осталось бы учеников. Но родителям доложили. Конечно, студенты в ярости.   

    Впрочем, мне быстро стало не до разборок студентов. Грант Арклей явился в Академию уже на следующее утро. Эту новость мне сообщил лично ректор. Он зашел за мной, чтобы отвести к приемному отцу.

        Выйдя в коридор, я удивилась, заметив Вэйда. Он ждал, прислонившись к стене и сложив руки на груди. Я думала, парень отдыхает после всех событий, а он караулил у двери. При этом меня не беспокоил, дав время на передышку.

     Когда мы двинулись по коридору, он пошел за нами. Ректор не возражал. Понял, что это бесполезно. Вэйд все равно меня не оставит. От него можно избавиться разве что силой, да и то не факт, что кто-то с ним справится. Морок все-таки боевой дракон, я бы никому не советовала с ним связываться.

  Чувствуя поддержку, я немного успокоилась. Будь что будет.

   В этот раз мы пришли не в кабинет ректора, а в гостиную кафедры Менталистов. Достаточно большое помещение, чтобы вместить неизменную делегацию преподавателей, ректора, гранта Арклея и нас с Вэйдом. Не хватало только Грэйс, ее это тоже касалось. Но, видимо, она все еще не в себе.  

   — Зачем меня вызвали на этот раз, да еще так срочно? — голос приемного отца я услышала еще на подходе к залу.

  — Сейчас ректор все вам расскажет, — успокаивала его госпожа Эрей.

  Грант не успел выразить неудовольствие, ведь как раз вошли мы.

  — Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — он тут же накинулся на ректора с вопросами.

  — С прискорбием вынужден сообщить, что ваша дочь пострадала, — произнес ректор. — Во время запрещенного мероприятия случился неприятный инцидент. Девушка лишилась магии.