– Благодарю, – Рэй встал и слегка коснулся плеча Хосе, прогоняя дурман, и, пока тот приходил в себя, вышел на улицу.

Он еще раз прошел мимо сада перед домом Алисы. Женевьев копалась в цветах, не замечая того, как внимательно смотрит на нее мужчина у ограды.

А Рэй смотрел на нее и не видел. По описанию Хосе он узнал мужчину: похожая внешность была у его предшественника, Конрада. Но почему хозяин времени, передавая ему всю свою память, стер этот эпизод и все, что касается Алисы? Рэй не понимал. Что он такое спрятал в девочке?

Возвращаться к событиям тех лет не хотелось, но Рэй снова и снова проматывал в своей памяти важные новости того времени: истребление остававшихся кланов колдунов принцем Люме Ватра, противостояние между Огненным королевством Игниса Ватра и королевством Ветров, которое располагалось на континенте Африка. Местный принц Туул из династии Шамол претендовал на руку принцессы Тариты из маленького королевства с острова Мальта. Зная, что принцесса обещана Люме в жены. Говорят, что, когда принц Люме приехал за невестой, принцесса отказала ему, в отместку он наслал на нее проклятие, и Тарита сгорела от горячки. А принц Туул поклялся отомстить за гибель любимой. Вскоре принц Люме исчез. После его исчезновения Игнис Ватра объявил войну династии Шамол, но как-то удалось замять конфликт. Король Ватра искал своего сына везде, но не находил. Однако был уверен, что он жив. Принц Туул скоро стал королем, женился и думать забыл о былом конфликте.

Еще было явление Небесного странника, но где-то на севере, и Рэй был уверен, что с Алисой никакое из этих событий не связано. Но почему хозяин времени утаил этот момент из своего прошлого от Рэя?

Маг подозревал, что хозяин времени не до конца доверял ему, либо не хотел, чтобы Рэй узнал о каком-то его дурном поступке… Теряясь в догадках, Рэй поспешил на поезд в Барселону.

По дороге он набрал номер мэтра Верманда Берггрена.

– Как идут поиски? – спросил хозяин времени после приветствия.

– Пока безуспешно. Все источники говорят только одно: простому человеку не под силу вынести такое количество энергии в себе, – голос мэтра звучал устало.

– А если мы поменяем цель поиска? Скажем, не важно, как такое могло произойти, но есть ли пути безопасного изъятия этой энергии? без риска для жизни человека?

– Рэй, мне было бы проще понять, что искать, если бы ты объяснил мне подробнее, о ком идет речь.

Рэй прикрыл глаза, чтобы не дать раздражению вырваться наружу, но когда заговорил, понял, что гнев звенит в его голосе, несмотря на все усилия:

– Мэтр Берггрен, я прошу вас найти определенную информацию.

Старик, видно, почувствовал, что перегнул палку. А может, вспомнил, с кем имеет дело.

– Конечно, Рэй. Конечно. Я буду искать. Есть пара ритуалов, если ничего не найду, то попробовать можно их.

– У меня нет права на ошибку, мэтр.

Рэй отключил связь и потер переносицу. Часть его души желала вернуться за Алисой, чтобы защищать ее самолично, но он понимал, что это глупо. Странные ощущения, вызываемые в нем Алисой, не находили объяснения. Снова нежность мягко постучалась в сердце, когда он вспомнил разговор с отцом девушки. Как не навредить ей?

Логичным было бы оставить эту энергию внутри нее, но так Алиса будет вынуждена постоянно скрываться и не сможет жить своей жизнью. Опустошив ее, Рэй сможет расстаться с Алисой навсегда, и может, девушка потеряет зрение кружевного мира, ведь, судя по тому, что она рассказала ему, оно проявилось в ней окончательно после того, как она увидела свет внутри себя.

И тут Рэя окатил озноб. Он даже вскочил со своего сидения и встал в проходе, часто дыша и рассеянно глядя на стремительно пролетающие, смазанные пейзажи за окном.

А если Алиса еще попробует взаимодействовать с этой силой? Вдруг она сможет распаковать ее и погибнет под ее натиском? Ведь пока сила заключена в определенную форму, она свернута, но стоит ее развернуть, Алиса может погибнуть. Внутри девушки находилась самая настоящая бомба с часовым механизмом.

Рэй даже достал телефон, чтобы написать Алисе, запретить погружаться в себя, но потом передумал. Вряд ли она повторит свою попытку после той боли, что пережила. Она благоразумная и не станет совершать необдуманных поступков. Лучше не пугать ее лишний раз.

Глава 20

Глава 20

Когда Анна вошла в кабинет и увидела лицо Грэга, она сразу поняла, что случилось что-то очень неприятное.

– Что? – сухо каркнула она, потому что горло от волнения перехватило.

– Один из задержанных покончил с собой, – Грэг виновато развел руками. – Я узнал сам только час назад.

– Кто? – Анна рванула вперед Грэга к камерам. – Надеюсь, его не трогали? Это может быть и убийство…

– Не трогали. Но… сама сейчас поймешь…

Анна прошла мимо камеры плачущего Хорхе Марии, краем глаза заметив, что от рыданий парень кровит лицом. Слезы получались кровавыми, выглядело это жутко. Увидев следующую камеру, Анна задохнулась от жалости к погибшему и гнева на саму себя. Винсент лежал у дальней стены, на которой четко было видно место, куда он бился головой, и кровавая дорожка вниз, к телу.

– Его не били? Точно?

– На теле явных следов насилия нет. Но тут куча свидетелей среди заключенных: парень просто несколько раз разбежался и ударил головой о стену. Наросты на голове проломили череп, но, конечно, мы проведем вскрытие.

– Хорошо. Можете забирать.

Анне вдруг стало холодно, и она обхватила себя руками. Почему-то вспомнилось тепло эйра Рагана этим утром. Странные мысли. Она отогнала их прочь. Глупо пытаться сбежать от действительности. От суровой реальности агента Грей никто не защитит.

И как в подтверждение, Хорхе Мария подошел к решетке, капая красными слезами на свою майку, и прорычал:

– Вы убили его! Это вы убили его! Он слишком боялся расправы инквизиторов… вы убийцы! Убийцы!

– Тебе плохо, Анна? – Грэг обеспокоенно дотронулся до ее локтя. – Может, воды?

– Потом. Все потом.

«Это я виновата! – крутилось у нее в голове. – Заперла ребят без возможности получить лекарство!»

В это время в кармане завибрировал телефон. Анна взяла его машинально, не глядя, кто звонит.

– Агент Анна Грей.

– Анна, – голос Макса вдруг донесся до нее как издалека. – У меня для тебя важная новость.

– Макс… – Анна отошла подальше, наблюдая, как укладывают в мешок тело недооборотня.

– Ты плачешь? – обеспокоенно спросил Макс.

Анна только сейчас почувствовала, как жгучие слезы текут у нее по щекам.

– Да.

– Приезжай. Ты знаешь, где я. Приезжай сейчас. Это важно для расследования.

– Хорошо.

Вытерев тыльной стороной ладони слезы, Анна подышала, успокаиваясь, и подошла к Грэгу.

– Мне надо отлучиться. Звони, как будут результаты.

– Подвезти?

– Возьму другого агента. Иди.

По дороге Анна все больше погружалась в чувство вины и безысходности: она позволила погибнуть ни в чем не повинному человеку. А в расследовании так и не продвинулась. Гнев на саму себя помог справиться со слезами и собраться: необходимо раскрыть это дело. И наказать истинных виновных так, чтобы им день ночью показался.

Поднявшись в квартиру Рэя, Анна никак не ожидала, что дверь ей откроет красивая китаянка.

– Привет, – растерянно поздоровалась Анна. – А Макс?

– Я здесь, – сыщик показался в коридоре.

– Господи боже, Макс… А с тобой что случилось? – Анна в шоке разглядывала синяк и кровавые царапины на лице сыщика. Его щекой словно по наждачной бумаге протащили.

– Это еще ерунда, – отмахнулся он. – Мне столько нужно тебе рассказать, но сейчас пойдем в гостиную.

Макс провел ее в знакомую ей комнату, где сидел привязанный к стулу человечек скользкой, словно смазанной внешности. Над ним грозной статуей завис золотой дракон.

Басилун махнул Анне лапой в качестве приветствия, пнул хвостом человечка, и тот завыл.

Китаянка подошла к нему и зашипела, и связанный сразу заткнулся и испуганно съежился.

– Анна, это тот самый врач, который обманом собрал образцы у недооборотней, – Макс предложил ей сесть напротив пленника.

– Это агент полиции Анна Грей, так что расскажи ей, что мы из тебя тисками вытаскивали все утро. Только быстрее, у нее мало времени.

Анна смерила оценивающим взглядом существо перед ней, переключилась на инфракрасный и непонимающе уставилась на оранжевый от радости образ метаморфа. Нахмурилась. По его внешнему виду радости не чувствовалось: он мастерски отыгрывал испуг и строил из себя измученное допросами существо, готовое все рассказать, дрожа от ужаса перед полицейским. Анна постаралась никак не менять выражения лица и взгляда.

– Я жду, – сухо бросила она, сложив руки на груди. И снова перешла на эмоциональный фон метаморфа. Он просто ликовал! Не перепутала ли она чего? Такой разительной была разница, что Анна даже растерялась.

– Это правда, – захныкал метаморф, елозя на стуле, – я собрал образцы, но я просто передал их заказчику. Я больше ничего не знаю!

– Кто заказчик? – сухо спросила Анна.

– Не знаю, он просто связался со мной и оплатил заказ. Потом я оставил его в ячейке хранения на вокзале и забрал остальные деньги.

– А с кем встречался в кабаке? – вступил Макс.

– Это вообще другое дело, не связанное с этим. Я больше ничего не знаю, отпустите…

– Я думаю, Анна, если ты отдашь его мастерам допроса, они выжмут из него правду, – предложил Макс.

Метаморф внутренне возликовал еще больше, а на публику взмолился: