Когда Андрей мельком посмотрел на девушку, их взгляды пересеклись, и ее щеки мгновенно вспыхнули. Он вдруг осознал, что его партнерша была не раздражена – она была взволнована и до ужаса напугана. Ее ладони – холодные и влажные – слегка подрагивали в его руках. И хоть двигалась она весьма складно, в каждом ее движении чувствовались скованность и излишняя резкость. Партнерша почти не смотрела по сторонам и даже на него. В основном ее взгляд был либо намеренно отведен в сторону, либо опущен.

– Вы всегда так дрожите, когда танцуете? – поинтересовался Андрей. Это странным образом его веселило, но, желая сгладить грубый вопрос, он слегка сжал ее пальцы в качестве поддержки.

Лицо незнакомки вспыхнуло, как от пощечины.

– Я тысячу раз танцевала кельт, – хрипло ответила она. – Но никогда не была на таких приемах…

– Так вот в чем дело, – догадался Андрей, еще раз бегло осмотрев ее с ног до головы, – вы не местная.

Его слова отдались горечью на языке. Он говорил вовсе не о Кериоте, и его партнерша, конечно, это поняла. Яркое, но достаточно безвкусное платье, резкие, скованные движения, грубоватая прямолинейность и неуместная робость выдавали ее настоящее происхождение. Она явно была не из лиделиума. Все говорило о том, что ее причесали, накрасили и одели соответствующе приему, но на ней вся эта роскошь смотрелась так глупо и фальшиво, что Андрей из последних сил сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос.

– Кто вы такая? – прищурился Андрей. – Вы…

– Я геолог, – отрезала она сквозь сжатые челюсти. – И если вам нужны объяснения, я здесь по персональному приглашению Лангбордов.

– Вы работаете с Триведди?

– Да, – подтвердила партнерша. – Поэтому я здесь. И ваши намеки оскорбительны.

– Я не делал никаких намеков, – напомнил Андрей.

– Вслух. Но ваши глаза… – ее напряженный взгляд задержался на них чуть дольше, чтобы это осталось незамеченным. – Впрочем, не важно.

Она прошла под его рукой, как того требовал танец, и, дважды ловко развернувшись, вновь оказалась к нему лицом. На этот раз гораздо ближе. Ее грудь почти касалась его, а между их лицами оставалось не более двух дюймов. Все вокруг вновь разбились на пары. Андрей положил ладонь ей между лопаток и не позволил отстраниться. Но девушка будто и не пыталась. Она вздрогнула, когда его пальцы коснулись позвонков, и ее серо-голубые глаза округлились и замерли с немым вопросом.

Ее лицо… в нем не было абсолютно ничего примечательного. Андрей бы не вспомнил его и через пять минут, однако чем больше он смотрел на свою вынужденную партнершу, тем сильнее ему хотелось смыть всю эту нелепую краску с глаз, губ и век и увидеть ее без тонны грима и в особенности обильных синих теней. Ужасные тени. Следовало бы отрубить руки тому, кто додумался их использовать.