Рейнир сжал губы и кисло улыбнулся в ответ.

– При всем уважении, вы еще слишком молоды, чтобы давать такие обещания, – заметил он. – И тем более гарантировать честность и прозрачность намерений тех, кто живет в этом мире куда дольше вас.

– Молодость само по себе пустое понятие, – отрезал Андрей. – Мы используем его, вкладывая тот смысл, который хотим. Что такое молодость? Цифра в личных данных? Безрассудство и отвага? Наивность мышления? Отсутствие опыта? Что такое молодость, мистер Триведди?

– Полагаю, все вместе, – нахмурился геолог.

Андрей встал и сделал несколько шагов вдоль окна.

– В таком случае, если бы я оказался безрассуден и не продумывал все на несколько шагов вперед, восстание загнулось бы вместе с арестом Брея. Если бы был наивен, то доверял бы всем без разбору и не осознавал, что половина из тех, кто сегодня клянется мне в верности, с такой же завидной искренностью уже завтра могут присягнуть моим врагам. Уверен, будь у них возможность отхватить кусок побольше от общего пирога, они бы с легкостью выменяли мою голову на голову Диспенсера. Что же касается опыта – я не претендую на ваше место умнейшего человека во вселенной, но уверен, что мой опыт в политике, как и голос в лиделиуме, весомее вашего. А еще мы говорили про цифру! – вспомнил Андрей, хлопнув себя по лбу. – Вынужден спросить, как поживает ваша будущая жена, мистер Триведди? Я слышал, она весьма молода, если не сказать юна. Вы взяли ее к себе на работу задолго до совершеннолетия. Ее молодость была для вас препятствием?

– Моя будущая жена не имеет к этому разговору никакого отношения, – мгновенно посерев, процедил Рейнир.

Андрей вновь подарил геологу короткую улыбку, но на этот раз в ней не было ни капли теплоты.

– Возьмите деньги, мистер Триведди, – сказал он, поставив свой опустошенный бокал на стол, рядом с бокалом геолога, – и я позабочусь о том, чтобы ее молодость, как и ваша, не прошли напрасно.

С этими словами Андрей отстранился и покинул кабинет прежде, что Рейнир успел что-либо ему возразить.

* * *

Прием Лангбордов начался в точно намеченное время. Не прошло и получаса, как просторная фуршетная веранда до тесноты заполнилась гостями, и, отдавливая ноги, Андрею приходилось протискиваться в толпе, чтобы поприветствовать сначала друзей, а после – Нейка Брея. Герцог прибыл одним из последних и то и дело морщился, когда его имя в очередной раз срывалось с языка какого-нибудь гостя и ему приходилось в сотый раз выслушивать радостные причитания о его чудесном спасении. Андрей не сомневался ни на секунду, что тот откланяется и покинет Кериот еще до того, как начнется основная программа. Будь у Андрея такая возможность, он бы поступил так же. После разговора с Триведди его настроение было поганым, а единственное чудо, что могло сделать этот вечер лучше, не произошло.