– Не благодари пока. Мы знаем, это не стоит того, что ты сделал. Ты спас жизнь моему сыну. Так что давай начнем. – Король откинулся на спинку трона. – Я первый. Лорд Вентиллас будет изгнан из Оливераса и всех его территорий не меньше, чем на двадцать лет.

Ошарашенный Кас сделал шаг назад. Это не обезглавливание, но очень рядом.

– Пребывание на должности посла, – возразил он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Три года.

– Что за наставники у вас в Пальмерине? – изумился король Райан. – Должность посла – это честь, а не наказание.

– Настолько серьезное наказание вызовет у всех вопрос, в чем его преступление, – указал Кас. – Вы и вправду хотите, чтобы этот вопрос был задан?

Король Райан испепелил его взглядом. Спустя полминуты он снова заговорил.

– Пятнадцать лет. На должности посла.

Нет! Вентилласу к тому времени будет за сорок. Старик, реликвия.

– Пятнадцать лет – это потерянная жизнь. А вы должны мне жизнь, – на последнем слове его голос задрожал.

Король Райан продолжил барабанить пальцами.

– И именно так ты хочешь распорядиться своим правом на мою милость?

– Да.

Молчание было долгим. Король Райан отвернулся к гобелену на стене. Кас изумился, поняв, что это гобелен из Пальмерина. Шесть футов в высоту, двести пейсов в длину, он висел в самом центре. В месте чести.

– Сначала я хотел его сжечь, – сказал король Райан, увидев выражение лица Каса. – Как ты сказал, я не хочу, чтобы мне задавали вопросы. – Он подпер подбородок рукой, глубоко задумавшись. Наконец он заявил: – Должность посла. На пять лет. С содержанием из его кошелька, не моего. Это мое последнее слово, – тихо добавил он, будто Кас собирался что-то возразить.

Пять лет. Кас закрыл глаза. Снова открыв их, он с трудом произнес:

– Спасибо, ваше величество. Я сообщу нашим людям, что они вольны уехать. Отправлю весть мастеру Джакомелю.

Король Райан взглянул на него, нахмурившись.

– Тебя никто не наказывал. Ты можешь поехать с ними. И самому все рассказать мастеру Джакомелю.

Кас посмотрел на кольца на правой руке. Королевская эмблема, закрепленная печатью его отца. Он пришел сюда не только ради Вентилласа.

– Я защитник королевы. Моя первая обязанность – охранять ее. Когда она поедет на юг, я отправлюсь с ней.

Король Райан удивленно уставился на него.

– Твоя служба была назначена под ложным предлогом. Я не стану требовать от тебя ее исполнения.

– Она по-прежнему моя королева. Это не изменилось. И леди Мари… – Кас не знал, как ее называть. – Она все еще где-то рядом.

Лицо короля Райана напряглось от гнева.

– Ты думаешь, что я отправлю свою семью без защиты?

– Нет, – сразу же ответил Кас. – Конечно, я так не думаю. Вот только… она нашла способ пройти через бреши в нашей страже – и не однажды. Меня тревожит, что она может попытаться сделать это снова. Ваше величество. – Кас низко поклонился. – Я обеспечу их безопасность ради вас.

На одно страшное мгновение сердце короля Райана открылось взгляду Каса. Боль и гнев. Ужасное отчаяние. Касу пришлось отвести взгляд.

– Можешь идти, – сказал ему король Райан, и Кас ушел.

* * *

– Меня отсылают на богом забытый остров под названием Коронадо, – сказал Вентиллас.

Кас никогда о нем не слышал.

– А где это?

– Где-то на западе. – Вентиллас пожал плечами. Он похудел с тех пор, как Кас видел его в последний раз. Глаза были воспаленными. Как и Кас, он был одет в черное. – Это все, что я знаю. Там будет новое посольство. – Его рот скривился. – Может, смерть была бы лучше.

– Не шути так. – Кас опустился на стул напротив брата. Они были в комнате Вентилласа во дворце, которая выглядела так, словно предназначалась для нежеланных гостей. Расшатанная мебель, потрепанные ковры. Все в сколах кружки на столе. Огонь в камине можно было погасить одним метким плевком. Здесь было холодно. На окнах решетки, а за дверью – дородные стражники.

– Зачем ты это сделал?

Вентиллас со вздохом поднял кружку со стола.

– Когда мы привезли принцессу Джехан в госпиталь, я не думал, что она переживет даже следующую ночь. Она была покрыта фурункулами, она истекала кровью… У нее были все симптомы чумы. И я знал, что теперь все кончено. Ее смерть не оставляла никакой надежды на мир. – Он поерзал на стуле. Тот опасно заскрипел под его весом. – Отец умер из-за войны. Как и дед. Я потерял столько людей, что сбился со счету, я просто до смерти от этого устал. Когда принцесса Джехан попросила Мари занять ее место…

Кас резко выпрямился.

– Она сама попросила леди Мари?

– Да, – ответил Вентиллас. – Принцесса Джехан умирала. Она хотела положить конец войне так же сильно, как и все мы. А что можно сказать в ответ на последнее желание умирающего друга?

– Нет.

Вентиллас бросил на Каса взгляд поверх чашки.

– Ну, Мари сказала «да». Как и я. Я поклялся сохранить их тайну. Я знал, что это значит – солгать Райану. И все равно это сделал.

– Но почему? Всего один приезд посланника из Брисы – и мы приговорены. Как ты думал выйти сухим из воды?

– Я не думал. – Лицо Вентилласа выражало отвращение к самому себе. – По крайней мере, отчетливо. Тогда это казалось оправданным риском. Я бы никогда на это не пошел, если бы знал, что ты жив. Я бы не стал рисковать твоим домом.

Кас встал, не в силах усидеть на месте.

– Пальмерин все еще наш.

«Пока», – говорило выражение лица его брата.

– Прости, Кассиа.

Кас подошел к камину.

– Фаустине с Абриль тоже пришлось молчать.

– Да, – признал Вентиллас. – С Фаустиной не было проблем. А вот Абриль пришлось трудно.

Кас вспомнил грустную, молчаливую художницу, что не хотела делиться своей историей с Линой. Теперь он понимал почему.

Огонь был бесполезным. Кас снял с крюка свой плащ и снова надел его, что позабавило его брата. Вернувшись на стул, Кас спросил:

– Если принцесса Джехан сама этого хотела, почему теперь она так злится? – Еще до того как было произнесено последнее слово, его вдруг осенило.

Кас вытащил из кармана плаща золотую монету. Королева дала ему три монеты в Пальмерине. И не попросила их вернуть. Он положил ее на стол двуликим богом Закариасом сверху. Одно лицо смотрело вперед, в будущее, а второе – назад, в прошлое. Бог врат и переходов, новых начал. Теперь Кас увидел этот образ в зловещем свете. Задумавшись, он постучал пальцем по монете.

– Два лица, – произнес он.

Вентиллас кивнул.

– Она держит подругу в страхе. Издевается, оставляя эти монеты. Ее тело, может, и исцелилось, Кассиа, но разум – нет.

Гул голосов за дверью заставил их на некоторое время замолчать. Вентиллас держал кружку обеими руками, но не пил, а лишь смотрел на ее содержимое, глубоко погруженный в мысли.

Кас опустил голову в ладони.

– Пять лет, Вентиллас. Как мне справиться здесь без тебя?

– Мне было восемнадцать, когда умер отец и Пальмерин стал моим. Помнишь?

Кас поднял голову. Сейчас ему было столько же лет. Как такое могло быть?

– Ты казался старше.

Едва заметная улыбка.

– Потому что мне пришлось. У меня был младший брат, который потерял все. Кроме меня.

Кас не мог говорить. В горле встал ком. На глаза невыносимо давило.

– Король мог согласиться на три года, если бы я настоял. Мне нужно было настоять.

– Перестань, – мягко велел ему Вентиллас. – Он мог вообще передумать и имел на это полное право. Я не был ему хорошим другом. И всегда буду об этом сожалеть. – Он опустил кружку. – Я благодарен тебе за то, что ты сделал. Не думай, что это не так. Но я рад уехать.

Кас потер глаза.

– Почему?

– Я не чувствовал себя… самим собой в последний год. Такое ощущение, будто под моей кожей живет кто-то другой, а я просто… – Вентиллас прижал руку к сердцу, словно хотел его вырвать. – Мне нужно уехать.

– Кемен. – Кас вспомнил, как друг его брата стоял на чумном кладбище в Пальмерине. «Не позволяй Вентилласу снова сюда приходить. Пожалуйста, Кассиа. Он здесь почти каждую ночь. Это для него плохо кончится».

– Он остался в Пальмерине, когда я отправился в Брису, и умер до того, как я вернулся. – Вентиллас смотрел на огонь. – Нам не обещана долгая жизнь, Кассиа. Только жизнь. Принимай то счастье, которое тебе доступно. Держись за него крепко.

Кас очень старался не думать о Лине.

– Я только вернулся. А ты уезжаешь.

– Я бы взял тебя с собой, если бы мог. Нет, – добавил Вентиллас в ответ на взгляд Каса. – Я не могу. Твое место здесь.

Это была всего лишь идея, кратко обдуманная.

– Я знаю.

Вентиллас встал.

– Мастер Джак присмотрит за Пальмерином. Капитан Лоренц позаботится о людях. Иногда тебе придется приезжать домой. Людям нужно тебя видеть.

– Я понимаю.

Кас помог брату собрать вещи. К ним не прислали слуг. В дверь постучали – Вентилласу передали деревянную шкатулку. В ней лежала королевская печать, которая понадобится Вентилласу за границей. Золота там не было. Король был верен своему слову, когда сказал, что Вентиллас будет платить за все сам. На листе пергамента были изложены сведения о его новой должности. Вентиллас быстро его просмотрел и отложил в сторону.

Кас, думая о королеве и принце, спросил:

– Как думаешь, он отсылает их навсегда?

– Не знаю, – признался Вентиллас. – Он ее любит, все это видят. Я не уверен, что этого будет достаточно.

* * *

Вентиллас отправился в путь еще до рассвета, попрощавшись только с Касом. Все остальное король запретил. Вентиллас, уже сидя на лошади, в последний раз пожал Касу руку.