Он молчал.

– Скажи мне, – умоляла она, – пожалуйста.

– Это жестоко с твоей стороны – прийти сюда.

– Жестоко? – Она уперла руки в боки. – Жестоко подружиться со мной и относиться ко мне как к равной. Жестоко, что…

Он бросил сигару и стремительно преодолел пространство между ними. Девушка вжалась спиной в стену. Принц навис над ней, весь напряженный, и жар его тела накатил на нее, как волна. Должно быть, он прочел в ней желание, потому что его зрачки расширились. К этому времени она уже хорошо знала, как выглядит голод на его лице. В его глазах разгорался огонь, и пусть она была дурой, но готова сгореть в этом пламени. Его дыхание дрожало на ее губах.

«Это, – подумала она, – это жестоко».

– Жестоко, – сказал он, – что ты позволила мне надеяться.

Когда он заговорил, его губы прижались к ее губам. Мягкое легкое прикосновение, призрак поцелуя, которого у нее больше никогда не будет. Наказание – для него или для нее, она не могла точно сказать. Агония была сильнее, чем она могла себе представить в самых страшных кошмарах.

Но тут Кит захватил ее губы, настойчиво и зло. Глаза Нив расширились. Она встретилась взглядом с принцем. От желания она плавилась. Возмущение заставило ее упрямо сопротивляться. Но когда он впился зубами в ее нижнюю губу, когда раздвинул коленом ей ноги, она беспомощно зажмурилась. Выгнулась, прижимаясь к нему. Хриплый стон вырвался из груди Кита, отзываясь внизу ее живота. Столкнувшись с его пылким, непреклонным желанием, она до конца не могла вспомнить, зачем вообще пришла сюда и о чем они спорили.

А потом она услышала ужасный звук – скрип открываемой балконной двери, из клуба вырвался шум: смех, звон бокалов и монет.

Кит резко отпрянул от Нив. В глубине его глаз сверкнул золотистый свет и… паника. Не успела она моргнуть, как глициния схватила ее. Лианы обвились вокруг ее рук и талии, а затем утащили в тень. Новые побеги, тонкие и сверкающие магией, полностью скрыли ее из виду. От их лепестков у Нив зачесался нос, но она задержала дыхание и подавила чих. Вряд ли она могла обижаться на грубое обращение, когда он спас ее. Снова.

Джек вышел на улицу:

– Вот ты где. Что ты здесь делаешь?

– Ничего, – сказал Кит, чуть задыхаясь, – просто вышел подышать воздухом.

Джек недоверчиво посмотрел на него, потом подошел и встал рядом. Он положил руку на плечо Кита, и тот не отстранился.

– Я знаю, что тебе трудно, но ты поступаешь правильно.

Кит стиснул зубы, но ничего не ответил.

– Как мне исправить все между нами? – Джек перегнулся через перила. – После завтрашнего дня ты будешь жить своей жизнью. Я не хочу, чтобы мы расстались вот так, когда между нами столько сожалений.