У Нив перехватило дыхание.

Вокруг них распустились цветы, исторгавшие буйство красок: незабудки и розы, подсолнухи и камелии, сирень и гвоздики, ирисы и георгины, подснежники и жимолость. Она с трудом могла уследить за их появлением. Растения стекали в проход, словно длинный ковер, который кто-то вытряхнул и развернул. Свисали со стропил, как королевские знамена. Игриво кружились под куполом, окутывая гостей ароматным облаком. Лепестки вихрились в воздухе и оседали на ее волосах, как снежная пыль. Каждое чувство, которое она дарила ему, изливалось из него десятикратно, отвечая на каждый заданный ею вопрос:

«Да, я прощаю тебя.

Да, я скучаю по тебе.

Да, я все еще хочу тебя».

Сердце ее разрывалось от радости и глупой упрямой надежды. Весь мир расплывался за мерцающей пеленой слез. Болтовня гостей усилилась, раздались возгласы восторга и потрясения.

– Если кому-то из присутствующих известна причина, по которой эта пара не должна сочетаться священным браком, – кричал епископ, перекрывая шум, – говорите сейчас или навсегда замолчите!

Нив позволила этим словам овладеть собой. Она сделала все возможное, чтобы оказаться здесь, чтобы дать им обоим еще один шанс на счастье. Она рисковала всем. Она унизила себя и, несомненно, навсегда изгнала себя из Авалэнда. И все же она не могла заставить себя пожалеть об этом. Влюбиться в Кита Кармина – это самый болезненный и самый достойный поступок в ее жизни. Она сделала бы это еще сто раз.

Кит открыл рот, чтобы заговорить, но не успел произнести и слова, как сквозь шум прорезался голос:

– Да! Я возражаю!

Король Фелипе Пятый медленно поднялся, излучая холодную горькую враждебность.

29

29

Король, встав во весь свой огромный рост, смотрел на Джека. Его рука так крепко вцепилась в спинку скамьи, что Нив испугалась, что от нее вот-вот отлетят куски дерева. Все тело Фелипе дрожало от сдерживаемой ярости.

– Сделаем небольшой перерыв, – кротко произнес епископ, держа перед собой молитвенник, словно щит.

Никто не шелохнулся.

Джек встал и добавил:

– Сейчас.

Гости вскочили и с удивительной быстротой стали протискиваться к выходу из собора. Нив поправила надвинутый чепец и вклинилась в поток, но тут один из королевских гвардейцев с силой схватил ее за руку. Она задохнулась, и ее охватил холодный ужас.

Когда двери с грохотом захлопнулись и последние гости убрались, собор напоминал разделанную тушу. Охранник поднял ее на руки и потащил к апсиде. Грубым толчком он опустил ее к ногам Джека. На этот раз Кит не смог ее поймать. Она тяжело упала, ее руки заскользили по мрамору, а колени заныли от удара.