Говорил он строго, почти сердито, но Дара заметила страх в его глазах. Она молчала, медленно приближаясь к нему, и с каждым её шагом голос стражника звучал всё неувереннее.

– Что молчишь, девка? Язык проглотила?

Дара поймала его взгляд и больше не отпускала.

Ему было около тридцати. Невысокий, с пышными усами, но без бороды.

«Рдзенец», – подумала Дара, хотя стражник говорил по-ратиславски чисто.

У него было круглое доброе лицо и ясные глаза. Даре не хотелось причинять ему зла.

Она подошла совсем близко, не отрывая взгляда. Стражнику стоило остановить её, но он не смог.

Даже голос стал ему неподвластен:

– Ночью нельзя… к стене…

Дара прильнула к нему, впиваясь поцелуем, прокусывая губу и слизывая кровь.

– Открой ворота, дай мне выйти и никому не говори о том, что встретил меня, – приказала она.

Стражник глядел круглыми остекленевшими глазами.

– Мма, – проговорил он невнятно.

Он поднял засов, приоткрыл ворота. Дара протиснулась сквозь узкую щель и быстро побежала вдоль тёмных дворов по городу к скотьим воротам, что вели в посад. Горяй объяснил, что их не закрывали на ночь, чтобы коровы могли пастись в любое время. Стражники скотьих ворот спали прямо на траве. Дара тихо проскочила мимо них и дальше пошла уже по тропе вдоль крепостной стены. Днём она видела лучников на башнях и не рискнула бы попасться им на глаза. В белом платье она была лёгкой мишенью.

Внизу шумела Звеня. В ушах гудело от напряжения. Языком Дара слизнула чужую кровь с губ, обезумевши от вкуса власти и воли. Ей неописуемо хотелось сотворить что-нибудь ещё. Призвать огонь из-под земли, чтобы он в буйном танце проплясал вдоль стен города, обрушить бурю и вызволить реку из сковавших её берегов.

Простой камень, попавшийся под ноги, отрезвил Дару. Она споткнулась, пискнула от боли и пришла в себя.

Сверху, на смотровой башне, послышался шорох и лёгкий скрип досок. Кто-то стоял наверху, вглядывался в темноту. Дара прижалась спиной к стене.

Она не знала, что делать дальше. Деревья стояли далеко от стен города, дома не строили на этой стороне Златоборска, слишком крутой был берег. Казалось невозможным пройти незаметно. Лучники начали бы стрелять, заметив чужака в столь поздний час.

Дара нахмурила брови, размышляя, как поступить дальше.

И вновь ей вспомнился испуг в глазах стражника. Он подумал, что перед ним предстал нечистый дух, и страх закрался в его душу до того, как Дара успела сотворить чары.