Ванька вздохнул. Сунул руки в задние карманы.

– Можно было просто попросить меня выйти, – пробубнил он. – Я тебе не Петрович.

Оставшись один, я нашел в телефоне фото визиток Мирина – сфотографировал, когда был на обыске. «Делать грязную работу». Это она так убийство называет? Вера, Вера… Когда же ты научишься советоваться, прежде чем лезть, куда не следует?

Стараясь не обращать внимания на боль, которая заливала уже весь живот, я набрал номер с тремя шестерками на конце. Мирин ответил почти сразу:

– Слушаю.

– Это Антон. – Говорить оказалось сложнее, чем минуту до того. Я перевел дыхание. Зрение на секунду помутнело, потом выровнялось. – Где Вера?

– Со мной.

– Дай ей трубку.

– Она занята.

Мирин замолчал. И я молчал, старательно вдыхая сдавленной грудной клеткой.

– Слушай, Гендальф…

– Я пришлю тебе адрес, – сказал Мирин и отключился.

Почти сразу упала эсэмэска с координатами. Ругая мага на чем свет стоит, я вбил их в «Гугл» и сразу понял, куда она отправилась. Да твою же мать, Вера! Вместо того чтобы заняться Спартаком Имеретией, я сейчас буду думать, как тебя вытащить!

На мгновение зрение снова погасло. Пришлось ждать, пока отпустит. Думай, Тоха. Надо предупредить ее. Этот мужик может оказаться рядом. Если стрелял в тебя, выстрелит и в нее. Он явно возомнил себя ангелом отмщения. А Вера пусть хоть трижды Зимняя Дева – не думаю, что пуля от нее отскочит. Позвонить еще раз Мирину? Нет. Вот я олень… Надо было сразу ей.

Я набрал ее номер. Гудок. Второй. Ну ответь же!

– Чтобы ты совсем не сошел с ума, – раздался в трубке размеренный голос Мирина, – я тебе отвечу: Вера сейчас там, где должна быть. Она бы все равно туда отправилась. Ты бы ее не удержал.

– Она у Дарины? – спросил я сдавленно.

Рану словно заливало расплавленным железом.

– Да.