– Не говори так, – попросила тихо. – Нет твоей вины в том, что со мной творилось. Если бы не ты, Лика была бы мертва. Я отвела пулю, и это только благодаря умениям, что дал мне ты. Со мной что-то творится, и я никак не могу понять, откуда эти качели. То вверх, то вниз. То смеяться хочу, то плакать. Знаю лишь одно: некоторые знания приходят через неимоверные страдания. Всё надо пережить и осознать.

Ник погладил меня по спине, поцеловал в макушку. Я доверчиво прижалась к нему. Хорошо ощущать его рядом. С ним спокойно и надёжно.

– Знаешь, что не даёт мне покоя? – спросил, улыбаясь. Я замерла в ожидании. – Собаки. Почему они не разорвали Лику на куски?

Я рассмеялась.

– Ты не поверишь! Но именно этих дурил она помогала натаскивать отцу. Знала их ещё щенками. Помнишь, её не удивила фамилия Анненкова? Она слышала об этом человеке. Но Димка никогда не посвящал её в свои дела. Лика знала президента дутого фонда как владельца собак. Он, оказывается, из заядлых. Покупал только элитных псов, сам лично занимался ими. Пунктик у человека был такой. А тут ещё и Лика. Не смотри, что малышка. Она бесстрашная. Есть в ней особый собачий магнетизм.

Ник тихо вторил моему смеху. Это был вечер очищения и спокойствия. Мы плыли по волнам жизни и радовались каждой минуте, каждому мигу.

Мы не знали, что совсем скоро судьба накроет нас болью утрат и бесконечного одиночества. Никто не думает о плохом, но оно приходит, врывается в дом, не стучась, принося бесконечные муки и скорбь.

Часть 4. Глава 7

Часть 4. Глава 7

Двадцатого ноября неожиданно скончался мой отец. Обезумевшая от горя, я ехала домой, так до конца и не сумев поверить в реальность случившегося. «Папа, папа!» – рвался наружу крик. Душа металась и не находила места. Сердце скорбело и не желало верить.

Надломленные мамины плечи, судорожные рыдания. И отец. В гробу. Спокойный, холодный и какой-то чужой. Его больное сердце не выдержало. Я сидела рядом и корила себя за бездушие, чёрствость и недальновидность: помогая другим, я совсем не думала о близких. Я ведь могла помочь ему, поддержать, вылечить от недуга, наверное. Но у меня даже мысли такой не возникало. А теперь ничего не исправить. Он мёртв.

Я беззвучно проплакала всю ночь, кусая до крови губы.

Похороны прошли в большой скорби. Людей пришло много. Папу хорошо знали и любили. Со мной рядом двумя часовыми постоянно находились Майкл и Лика. На кладбище прибыла бабуля Вера. Я едва узнала её: худая, как палка, высохшая, с поджатыми губами. Она всё время бормотала молитвы и была спокойна, как мумия.