Домой я приехала уставшая, надломленная, с потухшим взором.

– Ник, – позвала я с порога, но только тишина была мне ответом.

– Ник! – закричала, чувствуя, как паника начинает накрывать меня. – Ник, Ник, Ник!

– Я здесь. Я рядом, Мария, – отозвался глухой, но бесконечно родной голос.

Я облегченно расплакалась и кинулась в его объятия.

– Почему ты молчал, почему?

– Мне показалось, ты не хочешь меня слышать. Бесконечно долгими ночами я звал тебя, но ты не откликалась. Тогда я решил, что потерял тебя навсегда. Мне нет без тебя жизни, Мария.

Каждое слово камнем падало на израненное сердце.

– Я люблю тебя, Ник, – прошептала я, всхлипывая.

Его пальцы почти невесомо гладили моё лицо, словно запоминая все впадинки и выпуклости.

Я глотала слёзы и цеплялась слабеющими руками за плечи домового. Моё сердце разрывалось от любви к нему.

Он что-то шептал. Успокаивал. Горячие губы касались солёных дорожек. Он мой. Только с ним я живая и настоящая. Он мой, и я не хотела его терять.

* * *

Ночью я проснулась от завывания ветра. За окном стонали и гнулись голые деревья. Я лежала в пустой постели. Одна. Сердце подскочило в горле и упало куда-то глубоко-глубоко. В пропасть, в бесконечную бездну, где нет света.

Вдруг всё показалось мне ненужным и плоским. Зачем жить? Что есть моё существование? Чреда событий, которые не дано предугадать?

Что есть моя любовь, если кроме меня она не видна никому? Как можно прожить жизнь с призраком, даже если знаешь, что он – центр твоего существа? Что он – это ты, сплетённые навсегда сосуды: не распутать и не рассоединить. Кому сказать об этом, с кем поделиться? А может, и нет ничего на самом деле? Может, это плод моей воспалённой фантазии, виртуальный бред? Или происки дьявола, как орала ненормальная старуха?

Я бесшумно выскользнула из постели и подошла к окну. Темно. Ветер выл, бился хрипел натужно, как бард с сорванной глоткой. Небо – сплошь тучи, их видно даже в темноте. Далёкая вспышка блеснула и погасла. Пророкотал в отдалении гром.

Решение пришло неожиданно. Вскочило в голову, как бильярдный шар в лузу – не жить. Затмение, которое никогда не понять и не объяснить. Порыв, когда не думаешь, а слепо идёшь за эмоциями.

Я зашла в кухню и, чтобы не передумать, до отказа включила газовые конфорки. Затем, скрючившись, упала на пол, вдыхая смрадный воздух. Я уже почти потеряла сознание, когда ворвался Ник.