– Мы ждем еще Альбу, – начал Марис, – но я предлагаю садиться за стол и ждать ее уже за закусками. Ты с дороги, я умираю с голода, она нас простит.

– Альба – та самая прекрасная невеста? – зачем-то спросил поглощенный собственными мыслями Микаэлис.

– Альба – моя прекрасная жена, – процедил Сергос.

– И третья из Совета, – поспешил добавить Марис, явно пытаясь сгладить неловкость.

Микаэлис оправил воротник и прочистил горло.

– О, прошу меня простить, – только и нашелся он.

Третья из Совета – значит, это из-за нее Мистерис показал зубы.

– Пойдемте, действительно, уже к столу, – предложил Сергос. – Альба вот-вот должна быть.

Когда в зале появилась Альба, Микаэлис сразу понял и почему за оскорбление, нанесенное этой женщине, Небесное княжество угрожало войной, и почему Сергос так изменился в лице, когда Микаэлис за глаза определил ее в невесты к Марису.

Женщина была безжалостно красива. Тонкий стан, крутые, но изящные бедра, осанка, достойная княгини, гладкое выразительное лицо и огромные зеленовато-голубые глаза. Небрежно заколотые на затылке длинные волосы открывали хрупкую шею, привлекая внимание к острым ключицам. Шелковое платье чернильно-черного цвета с разрезанными рукавами подчеркивало каждый изгиб стройного тела, но выглядело это как-то удивительно естественно. Как будто она просто не могла скрыть своей одновременно холодной и чувственной красоты.

Микаэлис так залюбовался, что последующее осознание возымело на него действие удара под дых – через всю правую щеку красавицы тянулся ветвистый шрам. Он опускался по шее и скрывался в глубине выреза платья, немилосердно расчерчивая белую кожу красновато-фиолетовым узором. Какой безумец изрезал эту блистательную картину? Или, может, это увечье было при ней всегда?

Сергос поднялся из-за стола, приветствуя супругу. Остальные мужчины последовали его примеру.

– Великолепно выглядишь, – отметил Марис.

– Как и всегда, – добавил Сергос с улыбкой.

Женщина в ответ лишь окинула обоих прохладным взглядом и поджала губы. «Шрамы магические, – сообразил Микаэлис. – Обычные давно бы извели».

– Альба, – Марис быстро принял официальный тон, – позволь представить: Микаэлис, сын князя Фотемского.

– Рада приветствовать вас в Мистерисе, – легкий кивок на мужской манер. – Альба, третья из Совета.

Встретившись с ней взглядом, Микаэлис решил, что руку целовать ей не стоит, и ограничился только вежливым приветствием.

– Рад быть здесь, миледи.

– Надеюсь, я не заставила себя ждать слишком долго, – неожиданно вспыхнувшая улыбка оказалась совершенно очаровательной и вмиг сделала ее лицо совсем юным. Даже шрам будто бы стал менее заметным.