У меня под ногами лежал небольшой открытый мешок, а в нем две стеклянные банки. Указательный палец пульсировал, и на кончике осталась кровь, хотя ранка уже затянулась. Круг свежих защитных знаков посреди комнаты обрамлял кристаллическое ядро, и нацарапаны они были моей кровью, но еще не активированы. Кровь – мощнейшее средство для управления магией, но меня это беспокоило – как по мне, даже использование собственной крови слишком близко к кровавому колдовству.

Сквозь разбитую дверь дунул ветер. Ставни задрожали на петлях, и весь дом стонал и скрипел, содрогаясь от неспешного приближения бога. Усиленные чувства подсказали, что до его появления всего пара минут.

Я исследовал свою память, пытаясь выяснить, что со мной произошло, и обнаружил зияющую страшную рану, мертвую зону, где выжжена часть мозга. Я зажал губы рукой, содрогаясь от ужаса. Вместе с этой крошечной частью были сожжены и разрушены пути многих тысяч мыслей и связанных с ними воспоминаний, и теперь я уже не такой, как прежде. Я искалечил и уничтожил Эдрина Бродягу, и вместо него появился кто-то новый. Я крепко сжал дрожащую левую руку, теперь понимая, что это признак грубого и поспешного самоуничтожения.

Каким-то образом я знал, что следует делать. В полубессознательном состоянии я опустил руки в круг и активировал ряды защитных знаков, куда включил и те, что установил на складе Арканум. От шипения рассеявшейся магии волоски на руках встали дыбом. Грубой силы в этой работе было больше, чем мастерства, но, по моему опыту, мастерство обычно переоценивают, и, если ударить по морде лопатой, эффект не хуже, чем от шикарного меча.

Круг защитных знаков черпал силу из кристаллического ядра и передавал ее внешней защите склада. То был последний бросок костей, больше из моего изломанного тела ничего не извлечь. Я обмяк, лицо стало липким от пота, а рубаха прилипла к спине.

Не зная, чем заняться дальше, я исследовал содержимое маленького мешка. В нем лежали две стеклянные бутылки со сломанными печатями, вместо экзотического спиртного в них болталась какая-то бурая жижа. Наверное, я собирался дать сукиному сыну бутылкой по башке, а потом бросить против него самую крепкую стену ветра. Что ж… если не доверяешь сам себе… а, насколько я себя знаю, я приготовил какой-то жуткий сюрприз.

Я был готов ко всему, но не собирался умирать как нищий пьяница, захлебнувшись блевотиной, поэтому применил немного аэромагии, чтобы сдуть с себя пот, жир и кровь и избавиться от вони немытого тела. Я выплеснул застывшую грязь в дверь, а потом расправил драный плащ и пятерней зачесал волосы назад, наведя некое подобие порядка.