Я ухмыляюсь зловещему черному силуэту Хозяйки ночи, лицо богини – безмятежная серебряная маска. Они с Владыкой костей – друзья неразлейвода. Боги передо мной в долгу, и я заставлю их заплатить. Сделка заключена, и только самоубийцы нарушают условия сделок с богами. Пострадаю один я, но меня это устраивает.

– До смерти хочется выпить, – говорю я, в горле пересохло, обожженные губы потрескались. – Угостишь? Уверен, тебе это по карману.

Из-под маски на меня смотрят ледяные глаза с серебряными зрачками, такими же изломанными, как луна. Моя ухмылка тает.

– Тебе пора покинуть Сетарис, Эдрин Бродяга. – Ее голос обманчиво мягок и мелодичен. – Забудь все и никогда не возвращайся.

Я нервно сглатываю и киваю. Оно того стоило.

Ее сила прожигает меня, запирая все воспоминания.

* * *

Потрясение вырвало Натэра из моего разума.

– Жив? – Его рука сильнее сжала мое горло, и он вернулся в мое сознание. Я забился в конвульсиях, задыхаясь, из носа хлынула кровь. – Артха жив, – прорычал он, облизывая губы. – Он научил тебя, как убивать нас, и эта парочка старых лжецов приложила к этому руку. Будь они прокляты, как они узнали, что я предам их при первой возможности? Что еще ты скрываешь?

Он разорвал мой разум, разрушив все замки и двери, кроме одной – старого барьера иной природы. Он обругал меня, но ни замок, ни дверь мне не принадлежали, я даже не знал об их существовании. Кто-то другой много лет назад заблокировал часть моей памяти и скрыл это от меня, но Натэру было наплевать. Он проигнорировал выгоревшую часть моего сознания и сосредоточился на том, чтобы разрушить последний барьер и погрузиться в скрытые воспоминания.

За последней запертой дверью оказался великий и прекрасный Визант, мой друг и наставник. Все те случаи, когда старший маг помогал мне, выслушивал мои горести и успокаивал страхи… Вот только сейчас все изменилось, потемнело, привело меня в полный ужас. Теперь я знал, что этот ублюдок со мной сделал.

Перед моим мысленным взором замелькали воспоминания о том, как Визант пристегивал меня к своему креслу. Натэр наблюдал и смеялся от извращенного удовольствия, пока я заново переживал мерзкое ощущение Византа, копающегося у меня в голове, устраивающего все так, чтобы я стал ехидным, своевольным придурком и побыстрее загнал себя на погребальный костер. Неудивительно, что все подобные мне маги последние пятьсот лет умирали молодыми. Им не давали жить. Эти твари, старейшины, не хотели рисковать и подстраивали все так, будто все эти несчастные кретины сами пришли к такому концу. Не имея моего Дара к подобной магии, Визант использовал грубую, но эффективную альтернативу моим техникам, основанную на моем доверии к нему.