– Тогда он злоупотребляет нашим гостеприимством. Я даю тебе разрешение зарезать этого ягненка. Но пусть это не задерживает твоих приготовлений. Завтра мы пойдем через Дамав. Кто бы нас там ни поджидал, мы должны встретиться с ним лицом к лицу.

Если мы пойдем, предварительно не убив Иона, нас выследят. С помощью туманных звезд он сообщает Васко о каждом нашем шаге. При малейшей моей оплошности он похитит Мару, а может, даже и Принципа.

Кто бы я ни был – Мирный человек, Малак, Михей или кто-то еще, я такого не допущу. Я не дам Васко выиграть. А насколько я знаю, Ион – его самая сильная фигура.

Пора удалить соединяющего звезды с игральной доски.

Чтобы убить Иона, придется сначала найти его, что несложно, учитывая цвет его кожи. В Пендуруме мало химьярцев или лабашцев, хотя нескольких я видел на рынке. Но их пять, от силы десять, не больше.

Очевидно, Иону это известно. Он не остановится в городе, где так сильно заметен. Значит, он где-то за пределами железных стен.

Поручив Мару с Принципом заботам своих товарищей, с которыми мы через многое прошли, я взял лошадь и выехал за ворота.

Тотчас начался снег. Воздух стал голубым, и даже лошадь застонала от холода.

– Наблюдаешь за мной? – спросил я, разыскивая взглядом парящий глаз. Если к нему не прилагалось парящее ухо, Ион не услышал вопрос. Но тот, кто полагается на парящий глаз, должен был научиться читать по губам, поэтому я продолжил: – Где ты, Ион? Думаю, пришло время уладить наши дела. Твоя кровь против моего грома. Что скажешь? Струсил?

Глаз не собирался мне отвечать, даже если откуда-то наблюдал за мной. И я отправился к заброшенным хижинам, сгрудившимся по ту сторону железной стены.

Если бы я шпионил за кем-то, живущим в городе, здесь было бы идеальное укрытие. Не слишком близко и не чересчур далеко. Но и земля, и деревья, и доски, из которых сколочены эти лачуги, промерзли насквозь. Я мог представить, что кто-то здесь жил – в другое время года, но не в такую суровую зиму.

– Выходи! – крикнул я в пустоту.

Мне никто не ответил.

Я продолжил поиски и пустил лошадь галопом вокруг стены. У восточных ворот на свежем снегу виднелись следы лошадиных копыт, но там мог быть кто угодно.

Цепочек следов было несколько – неудивительно, ведь это ворота и люди ходят туда-сюда. Все следы были от копыт маленьких проворных кобылок, которых разводили племена Крума, за исключением одного, сворачивавшего на юг. И я поскакал по этому следу. Копыта кобылок занимали лишь половину отпечатка копыт, оставленных этим конем.

Я ехал по следу – чем дальше, тем более свежему. Он вел вверх по склону холма, потом вниз, по Мертвому лесу и через извилистый замерзший ручей.