– Но…

– Но… возможно… – Паршурам окинул хрупкую фигуру Налы оценивающим взглядом целителя, а затем опустил глаза, уставившись на свои грязные ноги. – Возможно, у тебя есть все задатки, чтобы стать убийцей.

III

Нала была счастлива. Убийство было именно тем, о чем она мечтала.

– Я собираюсь научить тебя убийству, простому и понятному, тонкому искусству убийства, а заодно и навыкам нанесения увечий, ослепления, отравления, поняла суть? Ты не будешь знать, что делать, если к тебе на поле боя направятся десять солдат, но ты будешь знать, как вызвать у мужчины импотенцию. Ты будешь знать, как взламывать замки и вламываться в дома, а еще как вызвать чуму в городе. Никто не будет восхвалять тебя. Никто не будет петь о тебе песни. Если тебя поймают, суда не будет. Тебя повесят в клетке на растерзание птицам или бросят акулам, в зависимости от того, где тебя выловят. Учитывая, что ты скоро станешь женщиной, с тобой сделают еще и кое-что иное. Ты понимаешь, что я говорю, Нала?

Нала кивнула. Она ждала именно этого. Именно в этом она могла добиться всего и преуспеть. Для этого требовался разум, а не тело. Да и в любом случае, она не собиралась становиться героем. Из прочитанных книг она знала, что герои скорее умрут, чем запятнают свою честь. В пекло честь. Она мечтала о том, чтоб поджарить Бхима на медленном огне и прикончить его собаку, если она у него была. Адреналин хлынул по ее артериям, как лошади во время гонок на колесницах, но казалось, ее язык был парализован. Наконец ей удалось пробормотать два коротких слова:

– Я готова, – и добавить: – Мастер.

Паршурам уставился на нее долгим взглядом.

– Посмотрим. За всю свою мучительную карьеру учителя я усвоил несколько уроков, и у меня нет никакого терпения заниматься тупицами – будь они тупы разумом или телом. Ты, должно быть, уже знаешь, что я не обучаю кшарьев. Я ненавижу этих проклятых негодяев с мечами. Вы – валка, лесные жители. Воины – да, но не совсем кшарьи. Так что я беру тебя. Но прежде всего нужно сделать еще кое-что. Ты возьмешь вачан.

IV

Вачан был достаточно прост, хотя для того чтобы взять его, потребовалось потратить время до полудня. Он звучал так: она никогда не ослушается Паршурама. Четко и лаконично. Не то чтобы у Налы была хотя бы даже мысль о неповиновении Проклятию Кшарьев, но она подозревала, что была еще какая-то причина, по которой он хотел, чтобы она приняла вачан.

Ритуал усилил Налу; когда Паршурам призвал первые мантры, через ее нади потекла внезапно возникшая энергия. Еще через час мантры придали ей сил и обострили ее чувства. Она почему-то почувствовала себя чище. Она достаточно читала в Меру о вачанах, чтобы знать физиологию. Ритуальный вачан увеличил объем ее нади, укрепив и растянув их, как после занятий йогой. Вачан каким-то образом помог ей подняться на следующий уровень. Она поняла, что это пригодится, чтобы противостоять грядущим испытаниям.