И уж точно не просил высылать вместе с тобой!

– Я устал загонять матхуранцев в тупик, – не выдержал Шишупал.

Если матхуранцы пытались скрыть свой след, то складывалось впечатление, что они для этого использовали магию, потому что только что они были повсюду, а потом внезапно их не стало нигде. Матхура каким-то образом по-прежнему выживала, даже процветала, благодаря ограниченным ресурсам, выделенным на время перемирия. Император объявил, что Шишупалу необходимо выяснить, что замышляет Матхура. Как он мог сделать то, что не смогли самые опытные шпионы? Шишупал думал, что, когда к нему присоединится Эклаввья, дело пойдет быстрее, но многословие мальчишки только усиливало его головную боль. Но он знал, что сможет уйти не раньше, чем найдет источник зловония, исходящего из Матхуры.

– Эклаввья сочувствует патологическому состоянию Шишупала, – пробормотал валка, опять шагнув к улице.

– Почему мы не направляемся в таверну? Я думал, ты голоден?

Эклаввья не ответил. Проклятье. Шишупал последовал за ним на туманную улицу. Из таверны, оставшейся позади, донесся призрачный смех. Во мраке мелькали ягнята, а Шишупал изо всех сил пытался удержать Эклаввью в поле зрения. Люди вихрем проносились мимо, туман клубился за их развевающимися плащами. Шишупала это малость нервировало, так что, поразмыслив, он вновь положил руку на рукоять ножа, спрятанного в левом кармане куртки. От одной мысли о том, что перед ним может появиться из ниоткуда Карна, дабы наказать его за то, что он сделал, голова вновь запульсировала болью. Впрочем, этот ад уже длился неделями. Со времен Панчала.

Эклаввья остановился так резко, что Шишупал чуть в него не врезался. Эклаввья прищурился, оглядывая дверь, расположенную в окутанной туманом стене из полуразрушенной кирпичной кладки, затем постучал в нее. Та с трудом открылась. Из окна выглянула женщина, длинная, как жираф, и худая. В одной руке она держала нож, в другой – молоток. Она, веснушчатая и остроносая, стояла свободно и безрассудно, откинув на одну сторону волосы и уставившись зелеными глазами на мужчин.

– Что ты имел в виду под голодом, Эклаввья? – разгневанно спросил Шишупал. – У нас нет времени на удовольствия.

Эклаввья покачал головой, как будто Шишупал был извращенцем.

– Голод на ответы, Шишупал. Привет, Анаяса, – поприветствовал он ее.

– Как вовремя ты появился. Знаешь, ты мог бы просто заплатить мне, и я могла бы закончить войну одним взмахом ножа. Голова Кришны будет твоей.