– Это был демон? – с плохо скрываемым испугом спросила декан. – Всё это время он был там?

– Может, оно сбежит? – вопросил Цапля. – Увидит, что мы знаем, и сбежит!

– Сколлоты быстро слабеют без еды, – покачал головой Равс. – А чума знатно погуляла на этих землях.

– Но он пытался убежать, – худо-бедно пришедший в себя Максимилиан вспомнил случай с матерью-наставницей. – Через колодец.

– Скорее, перепрятаться, – покачал головой капитан. – Видимо, серпентин и узоры пеатриксы знатно его допекли. Вынудил мать-настоятельницу помогать ему, а когда их раскрыли, вернулся туда, где сможет выдержать осаду.

– И что теперь делать? – декан взяла себя в руки. – Нельзя всё так оставлять!

– Если вы не поняли, госпожа Мелойра, приют теперь принадлежит этому отродью, – развел руками Хорво.

– А среди нас нет гостальеров, – добавил капитан. – И из всего оружия против демона только один ваш камушек.

Он качнул оберег, что не выпускал из рук.

Пеатрикса переводила круглые глаза с одного мужчины на другого.

– Что вы хотите сказать? Что мои девочки, мой приют так и останется под властью чудовища?

– Увы, не слишком надолго, – ответил Равс. – Сколлоты – довольно прожорливые создания.

– Я не уйду! – пеатрикса поднялась, выпрямилась, сжимая кулаки. – Я буду сражаться до конца! Я придумаю что-нибудь!

Ее голос дрогнул, задрожал, и до селе несгибаемая, Мелойра опустилась у стены, пряча лицо в ладонях и беззвучно сотрясая плечами.

Рядом с ней встал ветеран-кассариец с перебинтованной головой и рукой на поясе, возле топора. Он будто просто начал новый караул, не взирая на отчаянное положение и смертельную опасность, грозящую всем, кто останется в замке.

– Увы, ничего поделать мы не сможем, – словно оправдываясь, сказал Хорво.

– Есть способ.

В наступившей тишине все повернулись к Сэлэ.

– Что ты сказала? – переспросил капитан.

– Есть способ убить уччи[32], – девушка указала пальцем на Максимилиана. – Это он.