О боги! Боги, боги… Это старик его ранил. Или… убил?

– Ректор! – позвала я, уже в отчаянии хлопая его по щеке. – Дастин!.. Данте!.. Очнись, пожалуйста… Пожалуйста…

Я тяжело задышала, борясь с подступающими слезами. Боги, где мы вообще находимся? Что это за проклятое место? С одной стороны простиралась потрескавшаяся земля со скудными вкраплениями сухой травы, с другой высилась скала. И все вокруг просто дышало жаром. Судя по положению солнца, был полдень или около того, и короткую тень отбрасывала лишь скала. Однако скоро тень от нее станет больше, и там можно будет хоть как-то укрыться от палящего солнца. Эта мысль подтолкнула меня к действию.

– Если вы собираетесь умирать, господин ректор, то отложите это на потом. – Я попыталась взять его под мышки и приподнять. Только это оказалось не так просто.

На третьей такой попытке ректор вдруг издал стон, и я остановилась, боясь поверить в чудо. Жив?

– Оставь меня… Эмили… – прошелестели его пересохшие губы.

– Даже не подумаю, – ответила я, снова хватая его под мышки. – Я не дам тебе… вам умереть, даже если вы этого жаждете.

– Я не собираюсь умирать… Мне просто нужен покой… Чтобы восстановиться из внутренних резервов… – его голос звучал совсем тихо.

– Но восстанавливаться лучше в тени, а не под жарящим солнцем. – Я сделала рывок и наконец сдвинула его с места. – Потерпите немного… – Еще рывок.

– Эмми… – в этом шепоте мне почудился укор, но он только придал мне сил.

– Тут всего шагов тридцать… – Я упорно тащила его дальше.

Шаг – рывок. Шаг – рывок.

Платье на спине взмокло, пот струился по лицу, но я едва обращала на это внимание. Ректор затих и больше не противился, и мне оставалось верить, что он сейчас находится в процессе восстановления, а не собирается, вопреки своим словам, оставить меня.

Оказавшись ближе к скале, я обнаружила кое-что получше, чем просто тень, которую она отбрасывала: немногим дальше виднелась расщелина, ведущая в пещеру.

– Еще чуть-чуть… Совсем чуть-чуть, – бормотала я, подбадривая себя и его. – О боги, какой же вы тяжелый, господин ректор…

В пещере, небольшой, всего шагов двадцать на двадцать, я уложила его на землю и сама упала рядом без сил. Несколько минут я восстанавливала дыхание и боролась с дрожью в конечностях, потом снова поднялась и подползла к ректору. Его грудь едва заметно вздымалась, и это успокоило меня.

– Ректор… – тихо позвала я. – Данте…

Но он даже не шевельнулся.

– Ладно, я тоже отдохну тогда…

Но долго отдыхать не получилось: этому назойливо мешала жара, к которой вскоре присоединились жажда и голод.

– Пойду поброжу поблизости. – Я не была уверена, что ректор меня слышит, но все же не могла не разговаривать с ним. – Обещаю не заблудиться.

Солнце за это время чуть сдвинулось к западу, но прохлады пока это не приносило. Даже ветерка не наблюдалась.

Я немного осмотрелась и двинулась туда, где, как мне показалось, было немного зеленее, чем в других местах. Пришлось карабкаться по камням, но эти усилия увенчались успехом: я обнаружила маленький ручей с божественно холодной водой. Первым делом я напилась вдосталь и умылась. Затем сняла блузку и без сожаления оторвала от нее оба рукава. Блузку я надела снова, а вот рукава хорошенько намочила в воде, почти не выжимая, и отправилась обратно к пещере. По пути еще обнаружила куст орешника. Плодов на нем было немного, и все мелкие, но я собрала их в подол юбки, сколько могла.

Ректор все еще был без сознания, только на лбу его и висках проступили капельки пота. Я опустилась рядом с ним и стала обтирать его лицо и шею влажной тканью. Несколько минут колебаний и сомнений – и я все же решилась снять с него мантию. Поскольку он не выказал и здесь никакого сопротивления, я еще расстегнула ему рубашку, чтобы промыть рану. Правда, от нее и так уже оставались почти ошметки, поэтому мысли о приличиях можно было заткнуть подальше. Во всяком случае, именно этим я себя успокаивала, когда водила смоченными тряпицами, некогда бывшими частью моей блузки, по его обнаженной груди и животу. И уж точно старательно пыталась не разглядывать все это под иным углом.

Чтобы смыть всю кровь, пришлось еще дважды подниматься к ручью. За это время рана успела слегка затянуться и выглядела уже не так безнадежно, как вначале. Я впервые наблюдала за регенерацией тела мага с помощью внутренних резервов, и это в который раз вызывало восхищение способностями ректора. Теперь же, когда стало известно, что он не из элиты, а маг из низов, получивший дар внезапно, это восхищало вдвойне.

Наконец небо начало темнеть, в воздухе появилась долгожданная свежесть. Не мешало бы развести костер, вот только огонь высечь я была не способна. Так и пришлось лежать в сумраке пещеры и смотреть через узкий проход, как гаснет день.

Я начала дремать, когда вдруг почувствовала рядом с собой шевеление, а следом – тихий вздох. Сон тотчас пропал, и я села, придвинувшись к ректору. Губы сами растянулись в улыбке, когда я встретилась с ним взглядом.

– Ты в порядке? – его голос звучал слабо, а в глазах сквозило беспокойство.

– По-моему, это я должна спросить у те… вас, – отозвалась я, испытывая неловкость оттого, что опять начинаю забываться и соскакивать с «вы» на «ты». Данте, Дастин, ректор – границы в моем сознании размывались все сильнее и вызывали в душе сумятицу. Как мне к нему обращаться теперь?

– Мне уже намного лучше. – Ректор сглотнул. – Скоро буду в полном порядке.

– Я тоже вполне ничего. – Я снова улыбнулась.

– Что с твоей одеждой? – Его пальцы едва ощутимо скользнули вдоль моего обнаженного предплечья, и кожа в этом месте тотчас покрылась мурашками.

– О, это я сама оторвала рукава! – заговорила я нарочито бодро, чтобы скрыть смущение. – Я нашла ручей, тут, неподалеку… Решила, что не помешает намочить какую тряпицу, чтобы спастись от жары… Вы даже не представляете, как там было жарко еще до недавнего времени! И вы, пока лежали без сознания, тоже были покрыты испариной… А рукава в такую погоду только мешают, так что… Ерунда! – Он смотрел на меня, не отрывая глаз, и от волнения я говорила все быстрее и сумбурнее: – А еще я нашла орехи.  Половину оставила вам. Хотела еще разжечь костер, но у меня не получилось. Ой, вы, наверное, пить хотите. Я пойду попробую набрать в ручье. Только найду во что…

– Эмили. – Ректор взял меня за руку, не давая вскочить на ноги. – Ты никуда не пойдешь одна. Там ночь. Я сам схожу, а ты побудь здесь.

Он, чуть поморщившись, сел, пощупал свой живот.

– Рубашка ваша приказала долго жить, – поспешила сообщить я.

– Поверю. – Он с усмешкой вздохнул и поднялся на ноги.

– Возьмите мантию, она почти целая, – предложила я.

Ректор покачал головой.

– Разложи лучше на земле и сядь на нее. Камень ночью сильно остывает, можно простудиться. В какой стороне ручей?

– Направо, потом немного подняться в гору. Вы услышите его журчание, – объяснила я.

Он кивнул и исчез в ночи.

Его не было минут двадцать, за которые я успела слегка привести в порядок свою одежду и волосы, несколько раз выглянуть наружу в ожидании и даже начать волноваться. Мой спутник вернулся с охапкой хвороста, и через пару минут в нашей пещере плясало пламя костра. Я разложила мантию, и мы оба сели у огня.

– Где мы находимся? – задала я наконец терзавший меня уже много часов вопрос.

– Ральф заточил нас в созданном им же подпространстве, – ответил ректор, задумчиво раскалывая скорлупу ореха.

Ральф Григ… Не было уже смысла уточнять, кто это. Его наставник, который оказался иссушителем студентов.

– То есть это не реальный мир? – уточнила я.

– Можно сказать и так.

– Так вот почему мне не повстречалась здесь никакая живность, – протянула я. – Даже мошкары нет.

– Это место, похоже, он создал на скорую руку. – Ректор протянул мне на ладони очищенное ядро ореха.

– Спасибо, что воду и какую-никакую растительность не забыл, – отозвалась я, забирая орешек и отправляя его в рот. Есть хотелось ужасно. – И как нам отсюда выбраться?

– Я думаю над этим…

– Боюсь представить, что за это время он еще кого-то иссушит. – Я взяла прутик и поправила хворост в костре.

Ректор на это ничего не сказал, лишь устало провел рукой по лицу.

– Я не ожидал, что это будет Ральф, – проговорил он после. – Увидев его ручку, до последнего надеялся, что это какая-то ошибка. Это ведь он подал мне идею с иссушением… – Ректор запустил пальцы в волосы и с силой сдавил голову. – И вот сам…

Теперь я не находила слов.

– Зачем это ему? – только и обронила со вздохом.

– Мне бы самому хотелось это знать.

– Чем ему могли досадить студенты? – Я провела ладонью по подкладке мантии и вдруг нащупала под ней что-то твердое.

– Есть ли между ними троими какая-то связь? Вайолетт Линн, Орвал Рэндел, Саэмуэль Ирвинг… – говорил между тем ректор.

– Никогда не видела, чтобы Вайолетт общалась с Ирвингом. С Орвалом тоже. Он вообще был молчаливым и держался особняком. – Я приподняла край мантии, пытаясь понять, что же мне мешает сидеть.

Ректор это заметил и воззрился на меня с интересом.

– Я думала, это камень, а это что-то у вас в кармане лежит. – Я растерянно улыбнулась.

– Любопытно что, – ответил он. – Достань, посмотрим.

– Вы уверены? Вдруг там что-то не для моих глаз? – еще больше смутилась я.

– Не думаю, что там что-то, что спровоцирует меня больше, чем отсутствие рубашки в присутствии леди, – ректор усмехнулся.