Это придает мне смелости.

– Я сказала «нет». Мне надо быть в другом месте.

Похоже, его глаза разгораются восторгом, чем больше я сопротивляюсь.

– А в тебе горит пламя. – Его пальцы сжимаются крепче; от этого щипка останется след. – Его надо будет приручить.

– Пусти. Меня, – говорю я громче и резко дергаю руку. Его ногти проезжают по моей коже, раздирая ее. Но прежде чем я успеваю освободиться, его вторая рука резко бьет меня по лицу. Мою щеку простреливает болью.

Я чуть не падаю, но он крепко берет меня за подбородок и заставляет придвинуться ближе. У меня звенит в ушах.

– Осторожнее. Огрызаться – это всегда глупо. Я могу поддаться искушению отрезать эти красивые губки.

Он улыбается, как будто хочет смягчить угрозу.

У меня во рту привкус крови. Но мою душу наполняет ярость.

– Что? Отрезать их?

Этими же губами я плюю ему в лицо.

Он закрывает глаза. Брызги моей крови и слюны покрывают его щеки. А потом его улыбка возвращается.

– Ты за это заплатишь.

Денвер и Харрис вырывают меня из руки Джеральда. Я спотыкаюсь, внезапно освободившись. К нам присоединяются еще люди, крича и толкаясь, но у меня в голове только одна мысль: Тристан.

Из-за шока и адреналина, охватившего мое тело, ноги едва повинуются мне. Я оглядываюсь и встречаю хищный взгляд Джеральда. Его тормошат мои соклановцы. Кричат на него. Но его глаза следят за мной, обещая больше боли.

Кто-то хватает меня, и я взвизгиваю – пока не узнаю Фрейю.

– Идем, – говорит она и спешно ведет меня за угол моего дома. Мы не спрятались, но в данный момент никто не смотрит в нашу сторону. К счастью, у наших ног лежит мой рюкзак.

– Что случилось с Джеральдом? – громко шепчет Фрейя, распахнув глаза.

Я моргаю, пытаясь прояснить взгляд.

– Он… хотел, чтобы я… Я даже не знаю. Сходила к моему отцу. Я отказалась.