Марвин взвыл, как раненый зверь.
– Это я, я нашёл! Моё!
– Точно? А не бедняга Гэри, которого ты застрелил?
– Нет, нет, он хотел отнять! А нашёл я! Он думал, я слабый, он думал, не смогу отстоять своё…
Рассмеявшись, Уолтер обернулся к другому старателю.
– А ты что думаешь, Бешеный Бык? Твоего приятеля Гэри за дело отправили на тот свет?
Огромный верзила со свирепым лицом, заросшим бородой, сразу же как-то сдулся, будто даже став меньше ростом.
– Я… Не знаю, господин, не успел сообразить, что тут у них вышло…
Потеряв к ним интерес, Уолтер обратился к Джейн:
– Что скажете, мисс Хантер?
– О судьбе этого куска золота? Верни Марвину. – Она не могла спокойно наблюдать за полубезумным мужчиной, который только и грезил, как бы заполучить своё сокровище. – Верни, хватит из всего устраивать шоу.
– Как пожелаете.
Усмехнувшись, он отдал самородок Марвину. Тот вцепился в него мёртвой хваткой, даже не поблагодарив Джейн. Остальные теперь смотрели на неё. Эти взгляды казались осязаемыми, пригвождали к полу. Их было трудно выносить. «Люди… Люди здесь становятся тяжёлыми и тёмными». – Она не знала, как точнее описать то, что чувствовала. Никто из тех, кого Джейн знавала прежде, не походил на себя. Истощение от непрестанной работы делало их подобными живым трупам, а они даже и не замечали этого, сходя с ума от жадности. Всё их существование теперь сводилось к одному: золото.
Ей почудилось, что кто-то даже прошептал это слово вслух. Джейн дёрнулась, заозиравшись. «Уже начинаю слышать то, чего нет, – поёжилась она. – Надо выбираться отсюда поскорее!» Однако Уолтер, стоявший прямо за спиной, недвусмысленно давал понять, что не отпустит.
– Всё ещё считаете крупицы жалкими, мисс Хантер? А ведь даже они оказывают удивительное влияние на человека, подчиняют всю его жизнь себе, наполняя смыслом.